А значит прикованная к распоркам Джен могла рассказать о столбе побольше того, что говорила. Кроме нее по крепостям из черного базальта больше никто не шарился.
Викентьев отвернулся и вошел в пыточную камеру.
Окровавленная Джен с раскинутыми в стороны руками и ногами была прикована к металлическим распоркам. По животу, бокам, бедрам тянулись глубокие порезы с частично содранной кожей. Сломанные пальцы едва шевелились. От головы, сосков и промежности тянулись к генератору провода. Пытка электричеством была у Багра любимой пыткой. Впрочем, о средневековых инструментах Багор тоже не забывал. Рядом на столе лежал комплект металлических «груш», тиски, винты, иглы для введения под ногти, маска с шипами внутрь.
- Ты не перестарался, приятель? – тихо спросил Викентьев. – Она хоть говорить может?
- Может, - сказал Багор. – Но не хочет. Если бы у нее были дети, было бы проще. А так приходится давить только на инстинкт самосохранения. Похоже, у нее стоит блокатор. Но я никак не могу его нащупать.
- Мисс Мастерс, - склонился к ее голове Викентьев. – Если Багор с вами еще хотя бы полчаса поработает, то вам уже ничто не поможет. Лучше скажите. Зачем вам понадобилась «Сигма», зачем модификант, зачем раскопки? Кто вас послал?
Она посмотрела на него полумертвым взглядом.
- Я… хочу… домой.
Сквозь хрип слова едва можно было разобрать.
- Вот как расскажете, так сразу и домой отпустим. А то ведь знаете. Самые действенные методы мы еще не применяли. – Он взял в руку одну из «груш». – Знаете, что это такое? Это «железный цветок». Его вводят в естественные отверстия и там с помощью винта распускают. – Он крутанул винт, и «груша» раскрыла острые как бритва лепестки. – Если его засунули в рот, он рвет язык, дробит все зубы. Если в анальное отверстие, то режет в клочья прямую кишку. Если во влагалище, то его стенки, а если взять размер побольше, то добирается до матки. И превращает ее в фарш. У нас их три, в том числе один сорокасантиметровый. Так что сделаем всё одновременно. Можем начинать?
- Да пошел ты…
- О! – обрадовался Викентьев. – Вторая за день фраза. Уже прогресс. Может чего полезного скажете.
- Не дождешься.
Он выпрямился.
- Багор. У меня нет времени на общение с этой сукой. Я вообще не понимаю, зачем Центру понадобился этот проклятый столб, когда вторжение на носу. Поэтому. Будь добр. Выбей из нее хоть что-нибудь. Для отчета. А потом закончи. Побыстрее.
Он взялся за ручку двери, но позади раздался хлопок, и в дальнем углу комнаты развернулся туманный вихрь.
Сидящий за столом охранник схватился за автомат.
Вихрь сверкнул и выдавил из себя женский силуэт в обтягивающем комбинезоне.
Багор вытащил пистолет.
- Тихо, тихо, горячие парни, - Лолли шагнула вперед, подняв руки.
- Шеф, ее пристрелить? – спросил Багор.
- Не надо ни в кого стрелять, - сказала Лолли. – Тем более у тебя, глупыш, это не получится.
Ствол в руках у Багра вдруг развернулся и превратился в змею.
- Хрена с два я поверю в твои галлюцинации, - проворчал Багор и щелкнул предохранителем.
Лолли рассмеялась.
- Поумнел, пока меня не было.
- Чего ты хочешь? – спросил Викентьев.
- С вами хочет поговорить один человек. А я его парламентер. Вот, у меня даже белый флаг есть, - она достала из кармана платочек и помахала им в воздухе.
- Не юродствуй, - скривился Викентьев. – Что за человек?
Вихрь снова сверкнул, выпустив наружу еще одного гостя.
Искатель склонил упирающуюся в потолок голову и приподнял шляпу.
- Добрый вечер, господин директор. У меня к вам предложение.
Глава 24
Ему казалось, что он стоит без движения целую вечность.
Выпущенный из парализатора газ сделал деревянными не только мышцы конечностей, но и мозги. Мысли тянулись, как прилипшая к подошве жвачка. Задачи казались невыполнимыми. Особенно задача перелопатить инструкции на предмет непредвиденных обстоятельств. Этот архив представал в образе огромной библиотеки, где стеллажи с книгами вздымались на десятиэтажную высоту.
Когда в голову приползла, наконец, мысль перезагрузить систему, была уже глубокая ночь.
Что-то холодное кольнуло в плечо Он было сорвался с места, но затекшие ноги не выдержали и подкосились.
- Тихо, тихо, - Крамер одной рукой убрал инъектор, другой удержал Антона на ногах. – Не так быстро. Парализатор коварная штука. Могут быть осложнения. Тебя ведь им оприходовали?
Антон кивнул, пробормотав что-то нечленораздельное. Язык казался раздутой оладьей.