- Смотря куда. Стой на месте и жди.
Крамер шагнул в сторону и внезапно исчез.
Антон машинально сменил режимы. Ни в одном Крамера не было видно.
- Эй! – заволновался Багор. – Куда твой начальник пропал?
- Сам хотел бы знать, - пожал плечами Антон. – Сбежал, наверное.
- Вы шутки со мной шутить вздумали?!
Антон услышал тихий хлопок и метнулся в сторону. Пуля выбила кусок из сталактита.
- Можешь не бегать! Все равно достану!
Следующий выстрел оцарапал Антону ухо.
- Кстати, робот. Раз уж мы с тобой одну и ту же щелку натягиваем, давай поделимся впечатлениями. Тебе как больше нравится? Сзади или спереди? Сзади вид на станок у нее, конечно, первоклассный. Вечно можно смотреть, особенно когда раком пялишь. Но и с другой стороны…
- Я тебе башку откручу, если ты ее тронул, - прорычал Антон.
- Работа у меня такая – трогать. Да и откуда столько эмоций? Ты же робот…
Он вдруг заткнулся. Послышался шум борьбы, удары, хруст.
Из-за насыпи, отряхиваясь, вышел Крамер.
- Черт. Трость сломал. Башка у него, что ли, чугунная?
Он выбросил обломки трости.
- Надеюсь, вы его убили? – Антон подошел ближе.
- Боже упаси. Меня бы потом в объяснительных бумагах не нашли. Ценный сотрудник комитета, все-таки. Только связал. До утра никуда не денется.
- Кстати, вы-то куда делись?
Крамер показал браслет на запястье.
- Трофей. Делает носителя практически невидимым во всех диапазонах. Наши пока даже в его устройстве не разобрались. Давай, ищи свою пассию, и уходим отсюда.
Багор лежал за насыпью и слабо дергался, обездвиженный стяжками по рукам и ногам.
Антон присел рядом.
- Ты лучше лежи спокойно, - сказал он. – У этих пластиковых хомутов одна особенность есть. Оставляют на шкуре незаживающие раны. А могут и до кости протереть. Если шевелиться будешь.
- Знаю, - хмыкнул Багор. – Я ими твою телку связывал. Теперь у нее вся жопа с ляжками в незаживающих ранах. Тебе понравится.
- Где она?
- Понятия не имею. Я как кончил, рабочим ее отдал, чтоб позабавились.
- Лжешь. Нет ее у рабочих.
- Ну раз нет, значит они ее продали кому-нибудь еще. Или затрахали до смерти и прикопали.
- Опять лжешь. Нет у тебя полномочий пленниками разбрасываться.
- Антон! – позвал его издалека Крамер и указал на столб.
Там, у подножья сидела светлая фигурка, прислонившаяся к базальтовому постаменту.
Услышав шаги, Джен повернула голову.
- Джен… - он остановился, разглядывая порезы на ее теле.
- А… Спаситель явился, - еле слышно прошептала она. – Какой-то ты не торопливый.
- Я не мог…
- Верю.
- Этот скот тебя трогал?
- А не заметно?
- Я в смысле…
- А, - Джен отвернулась. – Вот ты о чем. Твою женщину пытали током, резали, ломали пальцы. Но тебя заботит только совал ли он в нее свой причиндал?
- Нет, конечно, - он дернулся назад. - Я убью эту сволочь.
- Стой. Для нас сейчас главное…
Она осеклась, увидев Крамера.
- Ну и что же для нас главное? – спросил тот.
- Джен, это мой начальник, - объяснил Антон. – Он…
- Знаю, - она не спускала с Крамера глаз. – Главное для нас понять сработает или нет.
- Что сработает? – не понял Антон.
- Какого хрена ты привела его сюда так рано? – спросил Крамер. – Вторжение еще не началось.
- Когда оно начнется, может быть поздно, - сказала Джен. – Вы сами всегда говорили, командер, что все надо заранее проверять.
- Не в этом случае. Ты рискуешь провалить всю операцию.
- Мы должны быть уверены на сто процентов.
- Эй! Эй! – Антон вклинился между ними. – Что происходит? Вы что, знакомы?
- В каком-то смысле, - сказала Джен, отведя глаза.
- Так, - Крамер повысил голос. – Давайте-ка ноги в руки и проваливаем отсюда. Не хватало еще с Викентьевым столкнуться. Ты ему хоть что-нибудь рассказала?
- Шутите? Напомнить, как блокатор работает? Который, кстати вы мне и поставили.
- Извини, девочка, но другого варианта не было.
- Угу.
- Идти сможешь?
- Я ее понесу, - сказал Антон.
- Нет, - Джен мотнула головой. – Сама дойду. Кости этот урод мне, кажется, не переломал. Просто помоги встать. Руку дай.
Антон протянул ей руку.
Джен внезапно выхватила из волос шпильку и резанула Антона по ладони. Выступила кровь.
- Нет! – вскричал Крамер.
Джен дернула Антона на себя и приложила его ладонь к базальтовому постаменту.
Кровь вскипела, обожгла внутренности.
Красный огонь тускло зажегся в каменной толще, осветил едва заметные линии и пополз вверх по столбу, все выше и выше, линия за линией, барельеф за барельефом.