Сквозь кожу его лица явно просвечивали жвалы членистоногого. Это был уже не Мастерс, это был его симбионт.
Викентьев вздохнул, открыл рот и издал странный звук, похожий одновременно на писк и клокотание.
Мастерс ощерился, пискнул в ответ и отскочил от поля.
- Повторяю, - сказал Викентьев. – Никто не пострадает. А вон его даже наградят. - Он кивнул на застывшего в каменном кресле Антона. – Такой ценный артефакт откопал.
Антон прикрыл глаза. Его сознание будто делилось на две части. Одна половина рылась в библиотеке. Другая лихорадочно придумывала, что делать, если начнется заваруха и силовое поле не выдержит.
Он гнал от себя эту мысль, но получалось, что двое по ту сторону стены – его союзники. И по всем законам тактики и стратегии, он должен сейчас ударить в спину.
Он не мог.
«Побеждает только тот, кто не сомневается» - всплыло в памяти. А следом, еще более старое: «Не сомневаются только идиоты».
Во что превратится мир, если в нем будут править те, у кого сквозь кожу просвечивают жвалы членистоногого?
Но уничтожить – все равно, что проиграть. Кто сказал, что эти, со жвалами, непобедимы?
Вдруг кто-то подергал его за штанину.
- Слышь, парень, - хмуро сказал гном-библиотекарь. – Вот это глянь. Вдруг поможет.
Он протянул Антону помятую книжку в цветастой обложке.
С виду она была похожа на дешевые романы, где плечистые частные детективы спасали дам полусвета, а не менее плечистые космодесантники охмуряли звездных принцесс, попутно отстреливая из бластера злобных ракообразных. Обложка это подтверждала. Там был и космодесантник, и грудастая принцесса в таких скудных тряпочках, что их можно было назвать отсутствием тряпочек. И даже что-то похожее на ракообразное. Называлась книженция странно. «Что может быть проще времени?» Фамилия автора была с корнем выдрана. Да это было и не важно. Потому что внутри не было текста. Там были графики, формулы с краткими комментариями, трехмерные композиции из связанных между собой кругов, схемы с фразами, больше похожими на заклинания.
Чем глубже погружался Антон в эту инструкцию, тем меньше внимания оставалось на реальность.
Он только краем уха услышал, как Крамер скомандовал: «Действуй, подопечная».
Увидел, как Джен протянула руку к последнему символу.
И понял, что сейчас будет уже поздно. Процесс передачи энергии был необратим.
Двое за стеной тоже это поняли.
Мастерс в ярости бросился на силовое поле, и оно его снова откинуло.
- Зря, - сказал Викентьев. – Теперь вы живьем не уйдете.
Над его головой вдруг показалась призрачная треугольная башка членистоногого и разинула пасть.
Невыносимый ультразвук ввинтился в воздух, разрывая барабанные перепонки. Силовое поле пошло волнами и разлетелось мелкими радужными каплями.
Мастерс кинулся к Джен, но на пути вдруг возник Крамер. Удар в голову опрокинул сенатора навзничь, но он тут же вскочил, скинул с плеча дробовик. Выстрел в упор откинул Крамера к стене.
- Джен… - прохрипел Крамер.
И Джен коснулась пальцем символа.
Хроноцид раскрыл над красным кругом золотистые крылья.
- Она моя! – взвыл Мастерс.
Джен в ужасе обернулась закрыв спиной хроноцид.
Антон активировал плазменный резак.
Он знал, что с двоими ему не справится. И знал, что энергия уже уходит безвозвратно.
Был только один шанс.
Полутораметровый светящийся клинок описал в воздухе крутящуюся дугу, прошил насквозь плечо Джен и ударил острием по хроноциду.
Золотая пластина задрожала и со звуком лопнувшей струны разлетелась вдребезги.
Джен сползла на пол, обливаясь кровью.
Линия, соединяющая миры, натянулась и лопнула.
Сине-зеленый круг внезапно сорвался с места и исчез за пределами кластера, словно его выпустили из пращи.
Красный остался на месте, и все также вращался, показывая россыпи городов и черные воронки от недавних ядерных взрывов.
Викентьев повернулся к Антону.
- Хм. Неожиданно, молодой человек. Внезапный союзник.
- Моя баба, - хрюкнул Мастерс, подскочил к лежащей без сознания Джен и вцепился ей в ноги.
- А позвольте спросить, - сказал Викентьев. – С чего это вы…
Он замер.
Наверное, Мастерс успел что-то почувствовать, потому что рыкнул и повернул голову к Антону. В следующее мгновение он тоже застыл, словно замороженный.
Все застыло.
Пылинки в воздухе, остатки схемы, темные далекие круги. Капли крови, стекающие на пол из раны Джен. Сам воздух. Весь мир.
Антон с трудом выкарабкался из базальтового кресла и склонился над Крамером. Тот был мертв. Выстрел разнес ему грудину.
- Гляжу, пригодилась книженция-то? – возник рядом гном-библиотекарь.