И с видом превосходства глава дома Даитлон поднялся, испарил кресло и направился к арке перехода. Хелл, которая от ярости на несколько мгновений забыла о своих возможностях, остановила его одним решительным:
«Нет!»
Мысленный удар был такой силы, что Рхарраш невольно остановился, с удивлением глядя на нее.
«Никогда ты, старый извращенец, который с родной дочерью… мою дочь не получишь! — следующим мысленным призывом было, — Ргаран!»
Едва клинок материализовался в ее руке, она весьма не двусмысленно подняла руку вверх, приставив ее к шее Сиана, тот мгновенно убрал руки.
— Сиан, — наемница была в ярости, — ты ничему не учишься, да? Ну, так слушай и запоминай, милый мой — дети для меня это все! И я убью любого, включая тебя, если им что-то будет угрожать! И поверь мне, деймас, ты ничего не сможешь сделать, если я захочу сбежать! И как бы я тебя не любила, дети для меня важнее и моей и твоей жизни! А ты, — она повернулась и окинула злым, изучающим взглядом главу дома Даитлонасс, — если ты еще в первый раз в Расхштанаре не понял, что я не безобидная дочь Великого Дома которой можно приказать и она заткнется, то уясняй эту информацию сейчас, пока я еще сдерживаю себя и не готова втянуть дом Азгарт в войну из-за расчленения одного старого извращенца. И запомни, Рхарраш, в моей дочери будет и моя кровь и мой характер!
Глава дома Даитлон с некоторым опасением взглянул на нее, и слегка поклонившись, покинул Ашен Ахран. Хелл повернулась к Сиану:
— Милый, мог бы сообразить еще в Расхштанаре, что на его условия я не пойду!
— Мне твой поступок показался лишенным логики, — осторожно произнес Арсианар, впервые столкнувшись со столь сильным гневом своей любимой.
— Сиан! — Хелл застонала от бессильной ярости. — Сиан, я наемница! Я привыкла продумывать все ходы наперед. Если я совершаю нелогичный поступок, значит просто проверяю реакцию наблюдаемого! Неужели ты думаешь, что я могла бы добиться такого положения на Трех Мирах и на Земле, если бы позволяла себе действовать необдуманно?! Это с тобой я расслабилась, признав, что ты сильнее, умнее и мудрее, а в политике Даитлонасс ведаешь больше, чем я и ты… ты разочаровал меня, Сиан! Очень сильно разочаровал, потому что ты так ничего и не понял! Ты всего лишь деймас… И мыслишь ты как… деймас… И планы на наших детей строить уже начал… Мне больно, Сиан! Я надеялась, что оставлю тебе детей, а ты сделаешь все, чтобы у них был свой путь, свой выбор, и свое счастье… А ты? Вспомни свои ощущения, когда приходилось спать с дочерьми Великих Домов, чтобы подарить всем наследника, такой судьбы ты хочешь своим детям? Ты хочешь отдавать свою дочь всем подряд, в надежде — а вдруг получится? Это мерзко, деймас!
Глаза Арсианара потемнели, но слушал он молча, не делая даже попытки остановить ее или оправдаться…
— Ты чудесный любовник, Сиан, — с горечью произнесла наемница, — хороший муж, но как отец… ты ничтожество!
Развернувшись Хелл покинула и Ашен Ахран, с забившимися по углам при виде Ргарана в ее руке слугами, и потрясенно молчавшим Сианом. Поднимаясь по лестнице, наемница с яростью думала — «Что делать?». Умирать теперь она права не имела!
«Итак, есть проблема, — Хелл закрыла глаза, остановившись на ступеньке, — мне нужно найти решение! В наличии я и способности моего тела. Минус — недостаточное количество информации. Источники нужной информации — Станислас, Сайсиен, Миарни и… мама! К маме хочу!»
И с верой в светлое будущее, но не то которое бывает после смерти, Хелл отправилась переодеваться, уже думая о том, как будет выстраивать систему деймосянский Путь — демонский портал, чтобы сбить Сиана со следа. Пусть подумает о своем плохом поведении, а вдруг поможет!
Едва Хелл покинула АшенАхран, мигнул розово-черный отблеск и из перехода вышел глава дома Даитлон. Выжидательно взглянул на Арсианара.
— Я согласен! — спокойно произнес наследник дома Азгарт.
— Не сомневался, — усмехнулся Рхарраш, — я возвращаюсь в Расхштанар, и о союзе трех правящих Домов будет объявлено всем.
Глава дома Даитлон исчез в переходе, принеся в сердце наследника дома Азгарт великую радость — его любимая останется жива!
— Дорогу осилит идущий, — в сотый раз повторяла Хелл, пытаясь открыть портал.
Портал открываться не хотел и даже более того — нагло отказывался. Юнитри блестящей горкой лежали на постели, риоте валялся в углу комнаты, отброшенный в приступе ярости, а она все так же пыталась открыть чертовый Путь, который нагло отказывался повиноваться ее мысленному зову.