Хэлли вздрогнула, словно от удара. Ее взгляд метнулся в сторону, избегая прямого контакта. "Да, мной будто что-то управляло, это была не я..." – прошептала она, ее голос дрожал, как струна, готовая порваться. Она сжала кулаки, ногти впились в ладони, пытаясь удержать себя от полного распада.
Кассандра вздохнула, ее плечи слегка опустились. Она видела эту игру раньше, слышала подобные истории сотни раз. "Я бы очень хотела верить тебе, Хэлли, но понимаешь, со мной работало множество людей с таким заболеванием, как у тебя, и все сказанные ими истории казались неправдой. Они описывали потерю контроля, чужую волю, но когда мы начинали копать глубже, находили лишь тщательно спланированные действия, мотивы, которые они пытались скрыть". Она сделала паузу, давая словам осесть. "Я не говорю, что ты лжешь, но мне нужны доказательства, а не только твои слова".
"Клянусь! Все, что я говорю, это правда!" – Хэлли внезапно повысила голос, ее глаза загорелись отчаянием, в них плескалась смесь страха и мольбы. Она откинулась на спинку стула, словно пытаясь отстраниться от тяжести обвинений. "Попытайтесь вскрыть ту дверь, и вы убедитесь сами во всех моих словах! Там… там есть то, что докажет мою невиновность, или, по крайней мере, объяснит, что произошло!" Она указала дрожащим пальцем в сторону воображаемой двери, ее дыхание стало прерывистым.
"Успокойся, пожалуйста, Хэлли", – Кассандра мягко, но настойчиво произнесла, ее голос стал чуть теплее, пытаясь погасить разгорающийся пожар паники. Она перевернула страницу на планшете, ее пальцы скользнули по экрану. "Давай лучше поработаем над всей этой ситуацией. Я здесь, чтобы помочь тебе разобраться. Ты упомянула летний лагерь… Там есть еще пара трупов, из-за которых осудили мистера Грэймса. Что можешь рассказать про это? Любая информация может быть важна".
Хэлли шокировано взглянула на Кассандру, ее лицо мгновенно побледнело, словно с нее смыли всю кровь. Она замерла, ее глаза расширились от ужаса, словно она увидела призрака. "Трупы… Грэймса…" – прошептала она, ее голос стал едва слышным. "Это… это короткая история, но я ее расскажу. Я расскажу все, что знаю. Но только если вы пообещаете мне, что вернетесь в то здание, в тот дом, и откроете ту дверь! Я не могу говорить об этом, пока не буду уверена, что вы увидите то, что я видела!"
Кассандра огорченно взглянула на Хэлли. Она понимала, что у нее нет другого выхода. Требование Хэлли было странным, но в ее глазах было столько искренности, столько отчаяния, что игнорировать его было невозможно. "Хорошо, Хэлли. Я обещаю. Мы вернемся в то здание и откроем ту дверь. Я лично прослежу за этим".
"Я доверяю вам", – в голосе Хэлли прозвучала хрупкая надежда, словно она наконец-то увидела луч света в кромешной тьме. "Я надеюсь, вы сдержите слово. И… и меня отсюда выпустят. Я не хочу больше здесь оставаться".
Кассандра кивнула, ее взгляд смягчился. "Я не могу обещать, что тебя выпустят, Хэлли. Это зависит от многих факторов, и я не имею власти принимать такие решения. Но я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь тебе, если ты дашь мне раскрыть всю историю со своей стороны. Полностью. Без утаивания".
Хэлли глубоко вздохнула, словно набирая в легкие воздух после долгого погружения. Напряжение, сковавшее ее тело, начало медленно отступать, уступая место усталости и какой-то странной решимости. "Хорошо, тогда слушайте", – проговорила она, ее голос стал тише, но в нем появилась новая, более уверенная нотка. Она закрыла глаза на мгновение, словно собираясь с силами, чтобы вновь погрузиться в те страшные воспоминания...
3-ий Эпизод "Случай в летнем лагере".
Автобус остановился с легким скрипом тормозов, и двери распахнулись, выпуская нас на волю, словно птиц из клетки. Перед нами раскинулись внушительные, старые ворота из темного дерева, украшенные выцветшей, но все еще читаемой вывеской лагеря. Наш отряд, хоть и не был огромным, как полк солдат, но и не настолько малочисленным, чтобы чувствовать себя беззащитными. Мы были той золотой серединой, способной в случае чего дать отпор.
У самого входа нас встретил сам хозяин лагеря, мистер Грэйм. Его лицо было испещрено морщинами, словно карта прожитых лет, но глаза светились добротой, а улыбка была искренней. Он был тем типом человека, который, казалось, мог бы обнять весь мир, но за этой добротой, как мы позже узнали, скрывалась непростая, полная испытаний судьба. Он провел нас внутрь, и мы оказались на широком, пыльном плацу, где нас выстроили в ровный ряд. После короткого представления, где каждый из нас назвал свое имя, мистер Грэйм распределил нас по свободным домикам. Эти домики, казалось, давно не видели гостей: легкий слой пыли покрывал мебель, а в углах притаились паутины, словно старые стражи времени. Весь день, кроме нашей группы и самого мистера Грэйма, в лагере царила абсолютная тишина. Это показалось нам странным, но хозяин лишь пожал плечами и объяснил, что мы – его первые, особенные клиенты, открывающие новый сезон.