Колвилл быстро пробежал строки и недовольно фыркнул.
— Чем только не забивают себе голову на Манстоне. Уинстону сейчас просто заняться больше нечем…
Он бросил телеграмму на край стола, собираясь заняться более насущными делами. Франция рушилась. Дюнкерк заканчивался. И где-то в Кенте офицер безопасности проверял, действительно ли некий лётчик знаком с премьер-министром.
В этот момент дверь приоткрылась.
Уинстон Черчилль, уставший, но по-прежнему собранный и с той упрямой искрой иронии в глазах, вышел из кабинета размять ноги.
Он заметил, как Колвилл, слегка раздражённый и пыхтящий, перечитывает какую-то бумагу.
— Что у нас там, Джок?
— Манстон, сэр. У них очередной французский герой. Утверждает, что вы его знаете лично.
Черчилль протянул руку.
Бумага перекочевала к нему. Он прочитал текст, задержался на строчке про унесённый винтами котелок, и на его лице медленно появилась улыбка. Та самая — с прищуром и лёгкой насмешкой над миром.
Он поднял взгляд, но смотрел будто сквозь стену, в сторону пролива, где ещё гремела эвакуация.
Затем посмотрел на Колвилла и, чуть усмехнувшись, добавил:
— Ну разумеется. — Сигара пыхнула вонючим дымом. — Кто же не знает старика Кокса!
Колвилл замер в шоке.
Черчилль аккуратно вернул телеграмму.
— Ответьте им, что я знаю лейтенанта Алекса Кокса из Франции, который едва не обезглавил меня винтами своего самолёта.
И, уже улыбаясь, как чеширский кот, добавил:
— Напомните-ка этому лейтенанту… — он нагнулся и прошептал пару слов адъютанту.
С этими словами он развернулся и негромко что-то напевая вернулся в кабинет, оставив за собой шлейф сигарного дыма и ощущение, что война, при всей своей тяжести, всё ещё оставляет место для иронии.
05 июня 1940 года. Аэродром Манстон ВВС Великобритании, побережье Кента, Англия.
Флайт-лейтенант Артур Уэллс, Intelligence Officer на авиабазе Королевских ВВС, стоял у окна и смотрел, как очередной «Харрикейн» с грохотом касается полосы Манстона. Он позволил себе редкую роскошь — тихо порадоваться месту службы. Манстон — это лётчики. Шумные, дерзкие, пахнущие маслом и табаком. Их можно проверять, расспрашивать, подозревать — но в конце концов всё решает воздух. Врут они плохо, воюют честно, а максимум вреда, который способны причинить государству, — это нажраться в сопли и разнести местный паб. В который раз.
Вот в Дувре или Рамсгейте сейчас шла адская работа его коллег — разрозненные части, люди без документов и сброд всех европейских армий. Там поток, там хаос, там можно раствориться в панике. А здесь — всего лишь один австралиец с французскими орденами и подозрительным знакомством с Черчиллем. Уэллс снял очки и вздохнул. Да, Манстон — почти курорт. Почти.
Затем он с сожалением посмотрел на телеграмму. Так, словно она только что обрушила небо на землю.
Текст был коротким. И именно поэтому убийственным.
Офис премьер-министра подтверждал, что мистер Черчилль знает лейтенанта Алекса Кокса. Из Австралии.
Уэллс перечитал строку ещё раз. Потом перевернул лист, словно надеясь обнаружить на обороте приписку: «Шутка. Проверка бдительности». Приписка была и какая. Но лучше бы её не было.
В его аккуратном, логичном мире всё имело место.
Подозреваемые — в одну папку. Агенты — в другую. Идиоты — в третью.
И вот теперь сам премьер-министр подтверждает знакомство с объектом проверки.
Уэллс медленно снял очки. Мир стал слегка расплывчатым, что на секунду показалось честнее.
— Хендерсон, — крикнул он с интонацией, с какой вызывают человека, когда рушится цивилизация, — зайдите ко мне.
В кабинет вошёл его заместитель — аккуратный, старательный и ещё верящий, что инструкции существуют не зря.
— Сэр?
Уэллс молча протянул ему телеграмму.
Хендерсон прочитал. Перечитал. Осторожно и вопросительно посмотрел на начальника.
— Сообщите лейтенанту Коксу, что проверка завершена. И постарайтесь проявить наше традиционное британское радушие. В ваших лучших формулировках.
— Да, сэр. — Хендерсон осторожно кивнул, будто боялся спугнуть реальность.
Когда дверь за заместителем закрылась, Уэллс ещё секунду сидел неподвижно. Потом аккуратно сложил телеграмму в папку, застегнул её и встал.
— Машину к выходу, — коротко бросил дежурному сержанту.
— В Лондон, сэр?
— В Лондон, — подтвердил Уэллс.
У него внезапно появились дела в отделе контрразведки Королевских ВВС.