Даун слушал внимательно и почти не перебивал. Иногда задавал короткие вопросы и снова слушал.
Наконец он поставил чашку на стол и сказал:
— Вы понимаете, Кокс. Порядок всегда бьёт класс.
Он произнёс это спокойно, без всякой торжественности.
— Всегда. Вы можете быть самым талантливым пилотом на свете, но дисциплина и порядок победят в любом случае.
Он чуть усмехнулся.
— Да, мы думаем над парами и всем прочим. Спасибо, что вы так самоотверженно пытаетесь нам это объяснить.
Лёха промолчал.
Даун прошёлся ещё раз по кабинету.
— Если правило не работает, мы меняем правило, — продолжил он. — А не плюём на него и не нарушаем. В этом и состоит наша сила.
Он кивнул в сторону стопки папок на столе.
— Сейчас люди сидят и пишут новое наставление по истребительной тактике. И да, у нас идёт довольно оживлённая переписка с Истребительным командованием.
Он остановился у окна и стал покачиваться с пятки на носок.
— Теперь что касается вас.
Даун стал серьёзным, повернулся к Лёхе и совершенно будничным голосом произнёс:
— Вы уволены из Королевских военно-воздушных сил.
Глава 9
HMS Kestrel
Середина июня 1940 года. Центральная школа лётного состава. Аэродром Апавон. Уилтшир, Англия.
Групп-кэптен Даун остановился у окна и некоторое время молча смотрел в сад. Потом медленно покачался с пятки на носок — с тем спокойным видом человека, который собирается сообщить неприятную новость.
— Теперь что касается вас.
Он повернулся к Лёхе и совершенно будничным голосом произнёс:
— Королевские военно-воздушные силы в вас больше не нуждаются. Вы уволены.
В кабинете стало так тихо, что Лёха отчётливо услышал, как где-то в саду за окном кричит ворона.
Он стоял молча и смотрел на групп-кэптена, пытаясь понять, в какой именно момент разговор пошёл не туда. В голове быстро перебирались последние десять минут беседы, затем последние сутки, затем вся предыдущая жизнь. Нигде, однако, не обнаруживалось очевидного места, где следовало было сказать что-нибудь другое.
Даун несколько секунд внимательно наблюдал за выражением его лица. Потом уголки его губ едва заметно дрогнули.
— Потому что Адмиралтейство забирает вас себе.
Он спокойно сделал глоток чая и поставил чашку обратно на столик, словно речь шла о переводе канцелярского служащего из одного кабинета в другой.
— Вы теперь лейтенант флота.
Лёха моргнул.
— Что! Опять⁈ — вырвалось у него голосом волка из мультфильма «Жил-был пёс», изрядно удивив Дауна.
— Простите, сэр… — взяв себя в руки, осторожно произнёс он. — Во флоте?
— Именно так, — невозмутимо кивнул Даун. — В прошлом году морскую авиацию окончательно вернули Адмиралтейству. Теперь флот с энтузиазмом сам строит свои авиакрылья… и с тем же энтузиазмом обнаруживает, что летать у них периодически некому. Поэтому они время от времени заглядывают к нам и просят наших пилотов.
Адмиралтейство прислало весьма настойчивый запрос. Думаю, им подойдёт пилот с… такими нестандартными талантами.
Он чуть подумал и добавил с лёгкой сухой иронией:
— И, по крайней мере, к выживанию в английской сельской местности.
За окном снова каркнула ворона, словно подтверждая справедливость решения британской военной бюрократии.
Середина июня 1940 года. База авиации флота HMS Kestrel. Недалеко от Портсмута. Англия.
Лёха получил предписание на следующий же день. Бумага была короткая, аккуратная и совершенно безжалостная в своей военной лаконичности.
«Лейтенанту Коксу предписывается явиться к месту службы: HMS Kestrel».
Лёха перечитал строчку два раза. Потом третий.
— Прекрасно, — он пожал плечами. — Теперь я ещё и моряк.
Логично предположить, что раз я пилот, то будет это авианосец, решил Лёха. Он откинулся на спинку стула и попытался припомнить британские авианосцы. В голове медленно проплыли знакомые названия.
«Арк Роял»… «Илластриэс»… «Кураджиэс»…
— Да-да! И топили их исправно, — подсознание влезло, как всегда, вовремя и не смогло промолчать.
Но вот HMS Kestrel он вспомнить не мог.
— Любопытно… — сказал Лёха вслух. — Новое корыто построить успели?
Ответа на этот вопрос бумага, разумеется, не давала.
До предполагаемого корабля предстояло добираться из Апавона — места, где располагалась Центральная лётная школа. До моря оттуда было миль шестьдесят, километров сто по нашему, может чуть больше. На мотоцикле — часа два, если не сильно отвлекаться. Или три, если как следует позавтракать по дороге, решил Лёха.