— Я позабочусь о твоей машине завтра, — обещаю я ей, и она кивает, заглядывая в комнату, которая является моим кабинетом.
— Здесь много компьютеров, — шепчет Магнолия, и я киваю.
— Да, они мне нравятся.
— Это удивляет, — говорит она с легким хихиканьем, и я улыбаюсь.
— Я не похож на человека, который связан с компьютерами, да?
— Нет, думаю, это все из-за фланелевой рубашки, — поддразнивает она, и я улыбаюсь ей, смотря сверху вниз.
— Раньше я работал в АНБ, но несколько лет назад вышел на пенсию и переехал сюда.
— О, значит, ты очень хорошо разбираешься в компьютерах.
— Лучше всех, — хвастаюсь я.
— И ты бросил все ради Фоллен Пик?
— Нет, я бросил работу, потому что она стала напряженной и разочаровывающей. Я больше не был счастлив. Мне нужна была передышка, и Фоллен Пик стал той самой передышкой.
— Это красивое место, — говорит мне Магнолия, и я рад, что ей нравится город и она будет здесь счастлива.
— Мне нравится. Я живу здесь уже несколько лет, и это действительно хорошее место. Безопасное, — добавляю я, и она отводит взгляд.
Я замечаю, как что-то отражается на ее лице, и мне интересно, от чего она бежит. Я хочу защитить ее. Ради нее я хочу убить всех ее монстров.
— Мне нравится твой домик, — говорит она, направляясь дальше в гостиную.
Я подхожу и опускаюсь на колени рядом с камином, когда замечаю, что Магнолия начинает дрожать. Затем складываю поленья в очаг и развожу огонь, пока она заглядывает в спальню. Когда она начинает краснеть, задаюсь вопросом, о чем она подумала.
Надеюсь, о чем-то грязном.
Магнолия заглядывает на кухню, а я все еще наблюдаю за ней. В моем доме не так много комнат. Только кабинет, спальня, ванная, гостиная и кухня. У меня минимум мебели и почти нет личных вещей.
— От чего ты бежишь? — спрашиваю я, когда она поворачивается ко мне лицом.
По ее мимике вижу, что Магнолия пытается решить, можно ли мне доверять, и очень надеюсь, что она знает, что можно.
Может быть, я смогу ей помочь. У меня все еще есть контакты в АНБ и кое-какие в ФБР, Национальной безопасности и ЦРУ. Все, чего я хочу, – это сделать так, чтобы ей больше не пришлось убегать. Тогда она сможет остаться здесь, со мной.
— Я, эм, раньше работала в Монтане. Там есть огромное ранчо. Ранчо Маккларов. Я была горничной и экономкой главного дома, и мне очень нравилось там работать, когда Роберт-старший был жив и руководил всем. Он скончался около года назад и оставил все своему сыну – Роберту-младшему.
Она замолкает, с трудом сглатывая, и я уже ненавижу этого Роберта-младшего.
— Он всегда был по-настоящему... собственником по отношению ко мне. Я не знаю, как еще это выразить. Ему не нравилось, когда рядом со мной находился кто-то еще. Он держал меня практически взаперти в главном доме, где я готовила и убирала для него каждый день.
— Ты хотела там быть?
— Поначалу я думала, что, возможно, он просто так горюет, и вскоре все наладится. Потом все начало обостряться. Он перестал отпускать меня куда-либо одну и вел себя так, будто мы пара, даже когда я пыталась сохранять профессиональные отношения. А однажды я нашла в его комнате свои трусики и поняла, что пора что-то менять.
Я вижу красный цвет в последней строчке. Никто не смеет прикасается к этой девушке, кроме меня, и Роберт еще не знает об этом, но я собираюсь разрушить весь его мир.
Мысленно записываю все, что она говорит, чтобы позже найти этого засранца. Мне нужно знать о нем все, чтобы я мог уничтожить его.
— В общем, я уволилась пару месяцев назад, потому что ситуация не улучшалась. Тогда он начал появляться на моей новой работе, устраивая скандалы, и в моей квартире, пытаясь заставить меня вернуться на его ранчо. В конце концов, месяц назад я обратилась в полицию и получила судебный запрет, но это ничего не изменило. Когда он появился на моей работе даже после того, как ему был выдан судебный запрет, я поняла, что мне пора сваливать.
— И с тех пор ты в бегах, — догадываюсь я, и она кивает.
— Я думала, что он потеряет ко мне интерес, если меня не будет рядом, или, может быть, откажется от меня, если не сможет найти, но этого не произошло. Во всяком случае, пока, — тихо заканчивает она свой рассказ.
Я встаю, мне нужно двигаться, чтобы выплеснуть эту гневную энергию, что закипала внутри.
— Я не позволю ему причинить тебе боль, Магнолия. Я позабочусь о тебе, — обещаю я.
— Даже полиция не может этого сделать. Законов о преследовании катастрофически не хватает. Кроме того, судебный запрет только разозлил Роберта еще больше. Полиция даже не может обеспечить его соблюдение. Если Роберт окажется в радиусе двухсот метров от меня, значит, у меня серьезные неприятности, а полиция не сможет добраться до меня вовремя.
— Тебе больше не нужно беспокоиться об этом, — обещаю я ей, беря ее руки в свои и заглядывая в ее глаза цвета мха.
Она сглатывает, и я вижу, что она хочет мне верить.
— Я разберусь с этим, — клятвенно заверяю я, и она кивает.
Вот так я понимаю, что нахожусь на пути к тому, чтобы сделать ее своей.
Глава 5
Магнолия
— Я дам тебе одежду, в которой ты можешь спать. Завтра утром я заберу вещи из твоей машины, чтобы у тебя была своя одежда.