— Я обязательно спрошу, Тая… Позже. Давай выпьем за правду! Ведьмы подняли бокалы с рубиновым вином, искрящимся оранжевыми огоньками.
— Какой же горький вкус у правды, — поморщилась Тая, глотнув вина. Она положила в рот кусочек брауни с кокосовым облачком и, закрыв глаза от удовольствия, замычала, покачиваясь на стуле. — М-м-м…клянусь тьмой кромешной, это самый вкусный брауни, что я пробовала в своей жизни! Сдается мне, что без колдовства тут не обошлось.
— Одно маленькое заклинание, всего одно, честное ведьмачье! Чтобы пирог не упал, когда печь выключилась, и все!
— О, не оправдывайся, дорогая, ты все делаешь правильно! Я колдую беспрерывно, что бы я ни делала: готовлю, причесываюсь, принимаю душ, покупаю или шью новую одежду…
— Правда? Ты используешь заклинания? — обрадовалась Лина, — я так переживаю из-за того, что в моей жизни почти не стало колдовства…значит, ты колдуешь везде и всегда всю жизнь?
— Конечно! Правда, обрядов с жертвоприношениями я не провожу, зелья с кровью младенцев не варю — это все пережитки прошлого. Теперь колдовство стало осторожнее, гуманнее. Ведьмы называют себя экстрасенсами, гадалками, знахарками, кто-то просто живет жизнью обычных людей, не позволяя себе колдовать. Ну, разве что раскладывают карты Таро да предсказывают по звёздам. Осторожничают: муж не поймет, с работы уволят, люди косо будут смотреть… Я тоже всю жизнь изображаю обычную женщину. Положение обязывало, я всё же была женой дипломатов. Бусы из змеиных зубов и серьги из птичьих крыльев в Дом Приемов не нацепишь, но колдовство не только в тотемах и порошках, оно внутри нас, мы и есть колдовство. Как бы мы ни старались изображать обычных женщин, колдовство делает свое дело: мужчины влюбляются с первого взгляда, женщины боятся и недолюбливают, дети льнут и доверяют, животные обожают, растения оживают, стоит только дотронуться до них, мы все умеем, и все у нас получается. Но раз уж так вышло, это надо принять, полюбить и благодарить Вселенную за эту силу, соблюдая обряды, и придавая сакральный смысл всему, что ты делаешь, все наделять магической силой. Иначе — беда. Нет ничего печальнее, чем жить чужой жизнью, не быть собой. — Тая глотнула искрящегося вина и продолжила. — Мой муж однажды спросил английского посла, как англичанам удается выращивать такие прекрасные газоны, трава на них такая плотная и упругая, что не сгибается под ногами, как жесткая щетка. Посол ответил, что нет ничего проще, нужно всего лишь стричь их триста лет. С колдовством так же, чтобы не потерять сноровку, нужно всего лишь колдовать триста лет.
— Но как же колдовать, не вызывая у людей страха и отчуждения, как не остаться одинокой страшной старухой в покосившейся избушке в диком лесу? — Лина подлила вина в опустевшие бокалы.
— Колдуй во благо! Ведьма не может остаться одинокой, если только сама этого не захочет! Кстати, куда ты дела своего мужа?
— Отправила его в командировку, мужчина не должен постоянно быть дома. Он охотник! Он должен выслеживать добычу, а если он всегда дома, то он теряет охотничью хватку, и добыча к нему не идет. На этом мужчина в мужчине заканчивается.
— А он знает, что это ты его отправляешь в командировки? — Тая беззвучно засмеялась.
— Нет, но от этого все только выигрывают: и я, и он, и его компания.
— Вот! Видишь, немного безобидного колдовства, и все счастливы!
— Именно это «немного» меня и смущает, как-то уж слишком «немного».
— Ну, что ты, девочка! А еда? Ведьма не может готовить впопыхах, без колдовства! Приготовление еды сродни творчеству поэта или художника, это почти медитация, почти волшебство! Сказать каждому ингредиенту, как он прекрасен, поблагодарить его за цвет, запах, вкус и отправить в блюдо вместе с потоком энергии из своих ладоней. Произнести над блюдом исцеляющие и заряжающие энергией слова! А когда гладишь рубашку мужа, представляй его победителем, создай его успех магией воображения, увидь его радость. Поливая цветы, пролей немного воды на балкон снизу, произнеси заклинание, чтобы эта капля, подчиняющаяся Луне, пролила в дом здоровье и счастье, огромное и сильное, как океан и Луна. Люди, которые тебя окружают, они все мучаются от неисполненных желаний, от несбывшихся мечт, от разочарований в любви и дружбе, от неудачной карьеры, тщеславия, неверности супругов, неразделенной любви, неудовлетворенности своей работой… Люди всегда найдут повод быть несчастными. Ты можешь легко избавить их от этих бед! Мой последний муж из Африки привез такую историю: обряд избавления от больной, неразделенной любви. Измученная неудачной любовью женщина лепила из глины и травы фигуру своего возлюбленного в полный рост, потом тащила его в лютую жару много километров, в гору до обрыва. К концу пути она его просто ненавидела и сбрасывала в пропасть с наслаждением, чувствуя невероятное облегчение и свободу! Плацебо, дорогая, работает в тонком мире так же, как и в пилюлях. Теперь подобные приемы называют практиками. Все эти практики, гадания и прочее — прекрасно заменяют зелья и сложные колдовские обряды, но никто не может помешать тебе сдобрить любую практику маленьким миленьким заклинанием: и обряд соблюдёшь, и заклинание выгуляешь, и себе удовольствие доставишь. Вот тебе еще одна практика, придумала только что, пользуйся на здоровье. Все надуманные человеческие беды можно погрузить на корабль и, простившись, отправить их куда подальше, чтобы больше никогда не встретиться с ними: нелюбимой работой, неверными супругами, несбывшимися мечтами, друзьями-предателями, неудачной карьерой…. Освободиться от этой тяжести и освободить место в своей жизни для чего-то нового и счастливого. Ну, как тебе? — Тая потянулась к бокалу.