– А Вы поедете? – выходя из кабинета последней, вдруг спросила Тамара.
– А как же! Непременно поеду! Мне тоже надо отдохнуть, – ответила Вера Петровна, вставая с кресла.
Оставшиеся до отъезда дни прошли у Тамары и ее коллег в постоянных обсуждениях и волнениях – повезет ли с погодой, что взять с собой, что надеть, будет ли подходящая компания…
Водитель Костик на своем микроавтобусе изо всех сил пытался объехать ставшие уже традиционными пятничные пробки. Выбирал маршруты объезда по каким-то, одному ему известным, проселочным дорогам, однако сократить время пути ему не удалось. Женщины сначала подбадривали его, хвалили за находчивость и мастерство, но часа через два поняв, что на ужин они уже опоздали, затихли и уткнулись кто в книгу, кто в телефон. И даже разудалые мелодии, звучащие из Костиной магнитолы, не могли поднять им настроение.
– Да-а, а я-то планировала в бассейне сегодня поплавать, – тихо сказала Вера Петровна, сидевшая рядом с Тамарой. – А Вы, Томочка, любите воду?
– Безумно! Хотя плаваю плохо и глубины боюсь, – ответила та со смущенной улыбкой.
Разговор закрутился вокруг поездок на море, на озера – Вера Петровна много путешествовала и о каждой своей поездке могла рассказывать долго и красочно…
До места добрались почти в полночь. Свет горел только на первом этаже, где располагался бар. Горничная предложила новоприбывшей группе поужинать в ресторане, так как столовая была уже закрыта. Но женщины, измотанные шестичасовой дорогой, предпочли поскорее попасть в свои номера.
Тамаре достался уютный номер на втором этаже. Она быстро приняла душ, глотнула минералки прямо из бутылки, предусмотрительно положенной в сумку и тут же уснула…
Утро было теплым и солнечным. Тамара взглянула на часы и не поверила своим глазам – было почти десять. «Все проспала! И бассейн и завтрак!» – засмеялась.
Через десять минут она уже входила в огромную столовую, очень напомнившую ей столовые постсоветских времен. Стены были украшены репродукциями известных картин русских художников, по углам стояли фикусы и гибискусы в огромных кадках. По когда-то шикарному паркету были протоптаны дорожки от входной двери к «раздаточной», где на пластиковых подносах стояли стаканы с компотом и блюда с плюшками.
Тамара огляделась. четырехместные квадратные столики, стоявшие по периметру помещения, были почти все свободны. За одним сидела семья с двумя маленькими детьми, которых родители пытались уговорить съесть кашу. Еще за одним сидела пожилая пара. За столиком у окна расположилась светловолосая девушка лет тридцати. За соседним столом сидела Вера Петровна и пристально смотрела на блондинку. Тамара подошла к начальнице и поздоровалась.
– Что? – Вера Петровна не сразу заметила Тамару и как будто не поняла, что приветствие обращено к ней. – А, Тамара, доброе утро, присаживайтесь, – сказала рассеянно.
Тамара составила на стол с подноса тарелку с овсянкой, кофе и булочку.
– А Вы, я смотрю, ничего не ели. Не вкусно?
– Не знаю. Не пробовала еще, – каким-то упавшим голосом ответила Вера Петровна. – Я засмотрелась на девушку, вон ту, – проговорила шепотом и легким кивком головы показала на соседний столик.
– Чем она Вас так привлекла? – тоже шепотом, пытаясь подыграть начальнице, спросила с улыбкой Тамара.
В этот момент девушка встала, взяла маленькую сумочку, висевшую на спинке стула, и направилась к выходу.
– Она очень похожа на мою подругу Люсю. Ее уже нет, – сказала слегка охрипшим голосом.
– Сожалею, – тихо произнесла Тамара, растерявшись.
Возникла неловкая пауза.
– Я часто вспоминаю ее, – вдруг заговорила Вера Петровна и посмотрела в окно. По узкой дорожке, протоптанной перпендикулярно главной аллее и уходящей в лесной массив, не спеша шла та самая белокурая, со слегка вьющимися волосами, девушка. Узкие темно-синие джинсы и белоснежная блузка подчеркивали ее стройную фигуру, а спортивная осанка демонстрировала уверенность и абсолютную независимость.
– И моя подруга так же ходила – с гордо поднятой головой, – не отрывая взгляда от окна, проговорила Вера Петровна.
Тамара не знала, как ей реагировать – с одной стороны, она не хотела своими расспросами провоцировать Веру Петровну на печальные воспоминания. С другой – боялась обидеть своим равнодушием. На самом же деле, у нее не было ни малейшего желания выслушивать рассказы начальницы о ее прошлом и о совершенно незнакомой ей женщине – ну, мало ли, у кого как складывается жизнь! Ей с избытком хватало этих историй на работе. А сюда она приехала, чтобы отвлечься, отдохнуть, забыть хотя бы на пару дней обо всех несчастных, идущих к ней на прием со своими бедами и печалями, вопросами и воспоминаниями.