Вера Петровна достала из сумки не начатую пачку Marlboro и зажигалку. Закурила, но, тут же, закашлявшись, бросила сигарету.
– Отвыкаю, – сказала, смутившись. – А дальше, – продолжила, вздохнув, – дальше где-то через год судьба подарила ей встречу, о которой может только мечтать любая женщина. Они познакомились на репетиции спектакля, к которому Люся написала музыку. Я забыла Вам сказать самое главное, Тамара! Она же закончила композиторский факультет консерватории! Писала дивную музыку! Причем, в самых разных жанрах! И песни, и романсы, и для фортепиано, и камерную. И даже электронную! Ее педагог прочил ей большое будущее. И вот как-то раз ее знакомая дама-режиссер предложила Люсе написать музыку к своему новому спектаклю. Она, конечно, с радостью согласилась. Работала как всегда увлеченно и быстро. Где-то месяца через полтора-два была уже готова фонограмма. Когда режиссерша пригласила ее на репетицию, Люся знала только сценарий, но еще ни разу не встречалась с актерами… И вот она сидит в зале, ожидая с волнением начала репетиции. Вдруг на сцене она видит актера, которого много раз видела по телевизору, но уж никак не могла предположить, что он будет занят в этом спектакле! Он был очень востребован в те годы. Яркий был актер! Я сама всегда, когда смотрела фильмы с его участием, поражалась его темпераменту и способности к перевоплощению. К тому же – море обаяния! Но, что интересно, Люся говорила, что он ей не понравился в этой роли: «Его образ не сочетается с моей музыкой! Неужели он сам этого не видит? – жаловалась она мне. – Он же ее забивает своей харизмой! Он ураган, а моя музыка написана под другой характер, под другой темперамент!». "Ну, так перепиши под него!" – посоветовала я ей. И, Вы представляете, Тамара, переписала! За неделю! Под него, специально! Я была на премьере, сидела рядом с ней и думала – какая же она талантливая! Ее музыка настолько совпадала с образом главного героя пьесы и самого актера – все изгибы мелодии, модуляции, выбор солирующих инструментов буквально следовали за каждым словом, жестом, действием героя, так тонко передавали все оттенки его чувств! Этого не описать словами!
Тамара слушала Веру Петровну, забыв обо всем. Она и предположить не могла, что ее всегда сдержанная начальница способна на такие эмоции!
– Успех спектакля был необычайный. Аплодисменты не смолкали минут пятнадцать. Режиссерша, вышедшая на поклон вместе с актерами, вызвала на сцену и Люсю. А тот, ради кого моя подруга так старалась, подошел к ней и поцеловал ей руку. Это было так галантно! И так искренне!.. И с того самого дня они уже не расставались. Люся буквально расцвела! Она не могла ни говорить, ни думать ни о чем другом – только о нем. Какой он внимательный, заботливый, нежный, веселый, постоянно рассказывала как он ее радует всякими сюрпризами, удивляет своими творческими идеями. Они вместе ездили на все его репетиции и спектакли, на киносъемки, на все концерты, в которых он выступал – а он еще и пел потрясающе! У меня дома есть запись, где он поет песню из какого-то спектакля. Сколько лет прошло, а я не могу без слез ее слушать… Так вот, они поженились. Обвенчались… Это была очень красивая и счастливая пара. Через год у них родился сын, его назвали в честь папы. Люсе на тот момент было 33 года. Она ушла с работы, перестала петь в хоре, полностью растворилась в сыне и муже. А он работал как сумасшедший: театр, гастроли, съемки, записи, концерты, корпоративы – старался для любимой Люсеньки. Купил большую квартиру, начал строить дом. На день рождения Люси свозил ее в город ее мечты – Париж… Мальчику шел четвертый год, когда Люся заболела. У нее диагностировали рак. Сделали операцию. Назначили химию. Но она не помогла… Последний раз мы встречались с ней на концерте в филармонии – исполнялось ее произведение. Она пришла с сыном – копией папы! Была в парике, очень худая и бледная. Но глаза сияли! Такой счастливой я ее никогда не видела!.. Я знала, что в скором времени она собиралась лечь в больницу. Когда я позвонила ей через месяц, чтобы поздравить с Восьмым марта, к телефону подошла незнакомая женщина и, спросив, кто я, тихо сказала, что она Люсина мама и что сегодня девятый день, как Люси не стало…
Вера Петровна достала из сумочки носовой платок и приложила к глазам.
– Я не могу себе простить, что так долго не звонила Люсе! И даже не попрощалась с ней… Через несколько лет я увидела по телевизору ее мужа в передаче, посвященной какому-то его летию работы в театре. Он рассказывал и о той премьере. И о встрече с Люсей – как о самом главном событии в его жизни. А потом пел ее любимую песню из репертуара Шарля Азнавура «Une Vie Damour» – «Вечная любовь». Пел и плакал…