Наконец Декстер отпустил ее. Несколько мгновений они молчали.
Потом Джекки повернулась и быстро вскочила в машину. Вставляя ключ зажигания, чтобы завести мотор, она увидела, как дрожат ее руки.
– Продолжение следует, – раздался голос Декстера.
Джекки нажала на газ. По радио передавали нашумевшую песенку «О, что за мужчина! Что за потрясающий мужчина!».
– Что за потрясающий мужчина! – шепотом повторила она и улыбнулась.
6
На следующий день у Джекки не было времени думать о «потрясающем мужчине». Инженеры ЛНК приступали к разработке огромного нефтяного месторождения на севере штата. Первые пробные скважины сулили потрясающие результаты в будущем.
Правда, с точки зрения руководства компании, работы велись не так уж успешно. Представители «Общества охраны природы и окружающей среды» высказали свои опасения по поводу испытательного бурения, представив документы в администрацию Монтгомери.
Президент ЛНК, господин Харт, решил в связи с этим направить в Монтгомери Джона Лоримера, чтобы утихомирить дискуссию. Джон должен был объяснить компетентным органам, что ЛНК не только готова следовать всем предписаниям, но и предоставить значительную сумму, в размере миллиона долларов, на нужды зашиты окружающей среды. У самого города на это денег не было.
Незадолго до обеденного перерыва, когда Джекки уже собиралась отправиться в кафе, зазвонил телефон. По звуку было ясно, что звонят по внутренней связи. Она подняла трубку.
– Саундерс, юридический отдел.
– Привет, Джекки, – на проводе был Джон Лоример. – Я не помешал?
– Нет, нет, – ответила она. – Я как раз собиралась идти в столовую.
– Великолепно. Мне необходимо с тобой поговорить. И мы можем сделать это за обедом так же успешно, как и у меня в кабинете.
Джекки села недалеко от входа, чтобы Джон сразу увидел ее, как только войдет. Так как с утра она выпила только чашечку кофе с маленьким бутербродом, ей очень хотелось есть, и она взяла ростбиф с большой порцией салата.
А Джон ограничился скромной трапезой. Он нес на подносе гамбургер и бутылку минеральной воды.
– Сегодня во второй половине дня я улетаю в Монтгомери, – сообщил он, усаживаясь на свободный стул рядом с Джекки.
– В Алабаме проблемы? – удивленно спросила Джекки. Она сама оформляла часть договоров, касающихся месторождений на севере штата.
Лоример повел плечами.
– Проблемы – это слишком громко сказано.
Джекки кивнула.
– Заключенные нами договоры с юридической точки зрения абсолютно законны.
– Я знаю. – Джон заботливо дотронулся до ее руки. – Но несмотря на это, Харт хочет, чтобы я еще раз обговорил все детали с министром. И я был бы рад, если бы ты согласилась сопровождать меня.
Джекки часто помогала ему во время командировок. Поэтому она не удивилась этому предложению. Вдобавок она была знакома со многими представителями общественных организаций, так как имела возможность встречаться с ними ранее на предварительных переговорах.
– Ты сможешь в три быть в аэропорту? – спросил Лоример. – Мы летим на самолете фирмы. Пилот уже в курсе.
– Нет проблем, – ответила Джекки. – Сколько дней мы пробудем в Алабаме?
– Думаю, не больше двух, – сообщил он. – Максимум три. Не забудь захватить на всякий случай вечернее платье. Пока официальный прием не запланирован, но все может измениться.
– Не волнуйся. Я всегда во всеоружии. Увидимся в три у трапа. – Джекки поднялась из-за стола.
Джекки возвратилась в Новый Орлеан через четыре дня. Ей удалось развеять последние сомнения у представителей «Общества охраны природы и окружающей среды». Правда, для этого пришлось поехать в Ханствилл – на самый север штата. Недалеко от этого местечка располагалось месторождение, которым ЛНК собиралась заняться в будущем году.
Все заинтересованные лица хотели ознакомиться с ситуацией на месте. В итоге обе стороны расстались, добившись полного взаимопонимания. Напряженная поездка того стоила.
Присутствие Джекки сильно повлияло на улучшение климата переговоров. Она показала великолепное знание предмета и всесторонне обрисовала политику ЛНК.
Днем у Джекки не было времени, чтобы думать о Декстере. Но вечерами, оставаясь в гостиничном номере в одиночестве, она постоянно вспоминала его. На память приходило каждое слово, произнесенное им в ее присутствии. Она постоянно спрашивала себя, что бы он сказал о той или иной ситуации.
Уже лежа в постели, она представляла его, чаще всего стоящим в рубке, со светлыми волосами, которые трепал ветер. Она вспоминала мелкие морщинки вокруг его синих глаз, которые появлялись, когда он улыбался. Его загорелое лицо, на котором так часто мелькало дерзкое выражение, что очень ей нравилось.