— Хорошо, что мы пошли погулять, — сказала Миранда после некоторого молчания.
Я был согласен с ней. Вечер был прекрасным, и независимо от того, что Миранда от меня хотела, мне нравилось идти рядом с ней. На улице почти не было людей. Пустые такси, как правило «Лада», время от времени проезжали мимо нас.
— Хуана попросила меня пойти поговорить с тобой, — сказала она.
— Что она хочет?
— Хуана сожалеет о вашей ссоре. Она сожалеет о том, что сказала, и надеется, что ты ее простишь.
У Миранды были нарядные белые туфли, и высокие каблучки звонко стучали по асфальту.
— Почему же она не пришла сама? — спросил я.
— Может быть, у нее не хватило мужества. Думаю, ты много значишь для нее и она боится потерять тебя. Боится, что ты ее отвергнешь. Я не знаю.
Цок-цок. Мне было нечего добавить. В глубине души я не хотел воссоединения с Хуаной. Я уже стал считать себя свободным.
— Кстати, ты так и не ответил на мой вопрос о том, любишь ли ее, — сказала Миранда.
Мы пересекли проспект Линеа, и я почувствовал запах моря.
— Думаю, ты никогда не слышала о Трех вопросах, — сказал я.
Она покачала головой.
— Да нет, это, наверное, просто глупо. Это мужские секреты.
— Мне любопытно, о чем это вы, мужчины, разговариваете. Что может быть интереснее. — Миранда взяла меня под руку и привлекла к себе: — Так нормально?
— Конечно. Хорошо, я расскажу. Если ты встретил женщину и хочешь узнать, подходит ли она тебе, ты должен ответить положительно на три вопроса. Первый вопрос: испытываешь ли ты чувство гордости, когда тебя видят вместе с ней? А второй вопрос: хотел бы ты, чтобы она стала матерью твоих детей?
Миранда засмеялась.
— Быстро у вас! Я думаю, женщина задала бы намного больше вопросов, прежде чем дошла бы до этого. А третий?
— А вот и третий: заставляет ли она твое сердце биться чаще?
— Ты серьезно?
— Абсолютно серьезно.
— И Хуана… — спросила она.
— Хуана не заставляет мое сердце биться чаще.
— И когда ты это понял?
— Уже давно.
— Ах вот как, — сказала Миранда, и мы замолчали. Мы шли дальше по улице и оба молча решили дойти до моря, а потом развернуться и отправиться назад.
— Рауль… — сказала Миранда. Она все еще держала меня под руку, и мне это нравилось.
— Да?
Цок-цок-цок-цок.
— Можно я прикоснусь к твоему сердцу?
— Что?
— Хочу ощутить его, — сказала она.
Мы остановились, и Миранда запустила правую руку мне под рубашку и положила ее на грудь. Это движение заставило меня напрячься. Она поймала в полутьме мой взгляд и улыбнулась. Она немного нервничала, чего я раньше за ней не замечал.
— Я ничего не чувствую, — прошептала она. — Ты уверен, что у тебя есть сердце?
— Ну, вчера оно там было, — сказал я. — Но я не уверен, что чувства находятся в сердце. Я думаю, они в мозгу. Сердце — это всего лишь насос. Тебе кажется, что это не поэтично?
— Посмотрим, — промолвила она. — Стой спокойно.
Я повиновался. Она прижала руку к левой стороне моей груди. Я затаил дыхание и через мгновение почувствовал, как удары моего сердца передаются ее руке.
— Вот оно. — Миранда опустила глаза. — Рауль, я люблю тебя.
Она сказала это тихо-тихо, так тихо, что я мог бы избежать всех последствий, просто сделав вид, что не услышал ее. Но я хотел услышать это, к тому же меня выдавало сердце. Оно стучало быстрее и громче обычного.
— Ты говоришь ерунду, Миранда.
Она отпустила меня и сделала пару шагов назад.
— Я говорю, что люблю тебя. Я должна была это сказать, и я сказала. Я больше не могла ждать.
У Миранды заблестели глаза, в них отразилось бледное оранжевое уличное освещение. Ее лицо казалось таким растерянным, а вся Миранда — такой беззащитной. Она была невообразимо красива.
— Ты никогда не должен рассказывать об этом Хуане, — продолжала она. — Хуана убила бы меня, если бы узнала… что я сделала это у нее за спиной, что я пошла к тебе по ее поручению… и воспользовалась возможностью… Но я так боялась, что больше никогда не встречу тебя и никогда не смогу сказать, что чувствую. Ты понимаешь?
— Вообще-то я очень мало что понимаю.