— Мы ни то чтобы пря…
Не успеваю договорить, как сбоку в меня кто-то врезается.
От резкого столкновения меня заносит, и я понимаю, что сейчас рухну прямо на лед.
Мамочки!
Секунды превращаются в целую вечность.
По привычке группируюсь и падаю прямо в чьи-то надежные руки. А подняв глаза, вижу над собой лицо Матвея. Опять мой прекрасный принц спас меня.
— Поймал, — резким движением ставит меня на ноги. — Цела?
— Да, — выдыхаю тяжело. — Спасибо… слушай, а из тебя получился бы отличный фигурист. Классная поддержка.
— Типун тебе на язык, Вишенка. Ходить в обтягивающем трико? Не мое.
— А что не так с трико? С твоим телосложением грех стесняться. Тем более, что и в экипировке «Ледяных демонов» твоя задница стала предметом сумасшедшей одержимости у хоккейных заек.
— Что насчет твоей одержимости? — щурится он, приближаясь своими губами к моим.
Поцелуй же меня!
Поцелуй…
Целуй немедленно!
— Твоей задницей? — шепчу я.
Боже, я правда так спросила?
Щеки мгновенно опаливает стыдливым румянцем, а я пытаюсь отвести взгляд.
Матвей не позволяет. Перехватывает за подбородок и жалит своими глазами в самое сердце.
— Просто попроси, Вишенка.
Мама, я буду гореть в аду!
— С каких пор Матвею Цареву нужно разрешение?
Мы в игре!
Глава 12. Правда глаза колет
/Полина/
— Знаешь, — Матвей заговорщески мне улыбается. — С этим надо что-то делать, Вишневская.
— С чем?
С бесконечными и самыми сладкими на свете поцелуями?
Или с тем огненным безумием, которое сорок восемь часов в сутки влечет нас друг к другу?
Сталкивает лбами?
Наверное, со всем сразу.
Потому что я уже сейчас отчетливо осознаю, как сильно вляпалась в этого парня. Дальше будет только хуже.
Никогда не верила ни в судьбу, ни в предназначение. Мне казалось, что это все глупые сказки для наивных фиалок. Не бывает истинной любви. И уж тем более нельзя полюбить кого-то с одного только взгляда. Привязаться к человеку с первого слова.
Но что, если я ошибалась? Вдруг некоторые люди просто созданы друг для друга? И существуют на свете вещи выше науки, выше физики и химии? Что еще можно назвать магией, как не настоящую любовь?
— Ты говоришь мне, чтобы я не целовал тебя, а через десять минут уже просишь сделать в точности до наоборот.
Да уж… сама с собой договориться не могу.
Логика давно покинула чат, и мое глупое влюбленное сердце не собирается пускать ее назад.
Зачем? Нам ведь и без нее хорошо.
Я официально сошла с ума!
— Проверка на прочность, — бессвязно бормочу я, пряча глаза. — Хотела убедиться, сдержишь ли ты свое обещание.
Одним стремительным движением он прижимает меня к себе, едва слышно шепча на ухо:
— Ты флиртовала со мной, Вишенка.
Боже…
Да!
— Тебе показалось, Царев.
— Ладно, — рвано выдыхает он и выпускает меня из своих рук.
Ладно!
Что со мной творится?
С самой первой встречи с ним я сама не своя.
Сейчас могу думать только о его объятиях, самых лучших в этом гребаном мире. Мне уже их остро не хватает. Я хочу чувствовать на себе руки Матвея, вдыхать запах этого парня: неповторимый, тонкий, такой особенный… такой мой.
— Поля! — Танька хватает меня под локоть. Мы синхронно отталкиваемся коньками и спешим за Матвеем и Акселем, поближе к огромной новогодней елке, сверкающей разноцветными огоньками лампочек. — Блин, Вишневская… честно-честно, как я тебе завидую!
— Чему это?
Аксенова выразительно кивает на Матвея, будто пытается своим взглядом просверлить дырку в его широкой и мужественной спине.
— Вы круто вместе смотритесь. Идеальная пара, типа Кен и Барби.
— Слушай, мы не…
— Хочешь сказать, у вас ничего нет с Богом Льда?
Ничего.
Только поцелуи.
Очень много поцелуев.
Головокружительных и нежных, горячих и страстных, скромных и порочных…
— Ну-ууу… не совсем.
— О чем и речь, — мечтательно вздыхает Танька. — Вот бы и мне так влюбиться, чтобы бабочки в животе, мурашки и тахикардия… в общем, полный комплект.
Влюбилась.
Я и правда в него влюбилась!
Быстро, стремительно и непредсказуемо. Пьяные бабочки в животе давно уступили место целому табуну пегасов. Каждый раз, когда я вижу Матвея, эти сказочные лошади начинают усиленно взмахивать своими огромными блестящими крыльями. А я лечу вместе с ними. По радуге и прямо в рай.
Мне страшно испытывать такие сильные, непреодолимые чувства, ощущать мощное магическое притяжение, которому просто не в состоянии сопротивляться. Хочу быть с ним рядом. Хочу, чтобы он тоже видел лишь меня одну.