Матвей рычит мне на ухо, прихватывает свободной рукой за грудь, больно сдавливает ее, а меня всю трясет от кайфа в его руках. Ноги подкашиваются, и я совершенно теряю связь с реальностью, отдавшись полностью этому парню… самому лучшему на свете парню.
Он мой.
— Хочу взять твой рот, — говорит Матвей, разворачивая меня к себе, целует коротко в губы. — Давай.
Он надавливает на мои плечи, вынуждая опуститься перед ним на колени.
Поднимаю лицо на него.
— Вишня, ты как живая порно-мечта. Реально.
— Матвей, я никогда не…
— Я знаю, — улыбается. — Он не кусается.
— Хочется верить.
А то будет уже какой-то радиоактивный член.
— Просто доверься мне.
Я не знаю, где скромная, правильная Полина Вишневская потерялась, которая бы никогда не оказалась в такой ситуации… голая, сидящая на коленях перед парнем и готовая взять его член в свой рот. Она хочет попробовать, как это… пуститься во все тяжкие.
Ее нет.
Есть только Пьяная Вишня. Его Пьяная Вишня.
Которая медленно проводит языком по горячему стволу, помогая себе ладошками.
Которая периодически смотрит на Матвея, прямо в его глаза и попадая в рай от его взгляда… от него, полностью сейчас зависящего от меня.
— Ты могла бы руководить пытками, Вишневская.
Он гладит меня по волосам, приятно массируя и пуская по коже микротоки.
Сделав ныряющее движение головой, я обхватываю головку своим ртом. Хорошие девочки смотрят плохие фильмы, вы не знали?
Матвей мгновенно перехватывает управление процессом, направляет меня. Фиксирует за волосы, не давая единой возможности пошевелиться.
Мне приходится обхватить его ладонями за ягодицы. Я уже говорила, что у этого парня зачетная задница?
У моего парня.
О да.
Я чувствую себя сейчас как в дурацком мультике. Будто на моих плечах сидят ангел и демон.
Один корит меня во всех смертных грехах… в похоти, в основном, и убеждает меня в том, что это ФУ – когда парень трахает тебя в рот, будто дешевую шлюху.
Но второй все же выигрывает.
Кажется, все уже поняли, что Матвей Царев разбудил во мне плохую девочку.
Его плохую девочку…
***
В итоге мы чуть не опаздываем.
Собираемся впопыхах и выбегаем из дома, даже не успев выпить по чашке бодрящего кофе.
— Сегодня игра, — усмехается Матвей, ловко лавируя в пробке среди машин. — Придешь?
— Приду.
— А папа не будет против?
Он бросает на меня игривый взгляд.
— Мы не будем ему говорить.
Улыбаюсь, не сводя взгляда с Царева.
Кажется, с каждой секундой я влюбляюсь в него все сильнее. И порой от этого становится очень страшно.
— Ты помнишь, что мы завтра идем к моим предкам? Готова играть во влюбленных?
Последняя фраза укалывает меня прямо в сердце. Честное слово, моя реакция на лице написана. Читай – перечитай.
— Только не накручивай.
— Я не накручиваю, — пожимаю я плечами и отворачиваюсь. — Все нормально.
— Вишня, ты ведь не ждешь, что я влюблюсь в тебя? — он тормозит на парковке у Ледового. — Ты мне нравишься, я с тобой. Этого мало, моя любимая жадина?
— Все? Просто нравлюсь?
— Не просто, — качает головой Матвей. — Очень нравишься.
А мне этого мало. Безумно мало.
Но логика все же дает о себе знать. Я убеждаю себя, что ни к чему так торопиться. Всему свое время, да?
— Мне нужно на тренировку.
Но прежде, чем я успеваю выскочить из теплого салона, Матвей зажимает меня в углу, не давая отстегнуть ремень безопасности.
Наоборот, еще сильнее натягивает его. Так что дыхание перехватывает. Это сексуально.
На этом все не заканчивается. В следующее мгновение его рука ложится на мою шею, и он чуть придушивает меня, одновременно впиваясь в губы поцелуем.
— Тебя нужно чаще трахать, чтобы ты меньше думала.
Как у него это получается? Быть грубым, но романтичным? А ведь с первого взгляда нормальный парень, никаких предпосылок к Кристиану Грею.
— Ваши вкусы специфичны, сударь.
— Просто вы в моем вкусе, сударыня.
На тренировку к Некрасовой я едва не опаздываю.
Только умудряюсь каким-то волшебным образом прибежать на арену за три минуты до начала. Пытаюсь восстановить дыхание, но под ребрами все равно колет. Давненько, я подобных забегов не устраивала…
Наверное, я бы с большим удовольствием отметила сегодняшний день в календаре, как самый лучший, если бы так не ошибалась.
Мне стоило вспомнить, что все хорошее рано или поздно заканчивается, а ничего идеального нет во вселенной.