Некоторые из предлагаемых влагалищ создаются по совершенно устарелым технологиям. Тому, кому такое делают, каждый день приходится растягивать влагалище при помощи специального пластикового приспособления.
Все эти брошюры - сувениры ближайшего будущего Бренди Александр.
После того как мы увидели мистера Паркера сидящим на Эллисе, я помогла напичканной до отказа Бренди вновь подняться наверх, опять сняла с нее одежду и попыталась впихнуть в нее еще несколько таблеток дарвона, но Бренди закашлялась, выплюнула их, опустилась на пол и заснула.
Повесив ее пиджак себе на руку, я почувствовала, что в его внутреннем кармане лежит что-то твердое.
Книга Мисс Роны. А в книгу вложен сувенир моего будущего.
Я опять сажусь на унитаз - улитковую раковину и читаю:
Я так сильно люблю Сета Томаса, что вынуждена его уничтожить. Я получаю огромную компенсацию, преклоняясь перед ее величеством. Сет никогда меня больше не полюбит. Ни он, ни кто бы то ни было другой.
Я в жутком смущении.
Покажи мне бедное взволнованное хныкающее пустословие.
Вспышка.
Покажи мне эгоцентричную глупую писанину.
Боже.
Черт! Как я устала быть собой! Собой красивой. Собой уродливой. Блондинкой. Брюнеткой. И от миллиона проклятых модных веяний тоже устала. Модных веяний, которые только дальше загоняют меня в ловушку. Ловушку необходимости быть собой.
Та девушка, какой я была до несчастного случая, теперь - лишь рассказ. Все, что происходило со мной до настоящего момента, настоящего момента, настоящего момента, - история, которую я ношу в себе.
Наверное, то же самое можно сказать о любом человеке нашей планеты.
Что мне нужно, так это новый рассказ о том, кто я такая.
Я сама не пойму, в чем нуждаюсь. Это ужасно.
Глава двадцать третья
Да, она такая, наша жизнь в рамках проекта “Свидетели перевоплощения Бренди Александр”.
В Санта-Барбаре Манус, который был Денвером, научил нас, как воровать наркотики. На протяжении всего пути от Портленда до Санта-Барбары мы трое были втиснуты в “фиат спайдер”, и Бренди мечтала умереть.
Она постоянно прижимала руки к нижней части спины и твердила:
- Останови машину! Мне необходимо потянуться. У меня спазмы! Давайте остановимся!
На переезд из Орегона в Калифорнию нам потребовалось два дня. Эти штаты соседствуют.
Манус постоянно глазел на Бренди, слушал ее, был настолько явно в нее влюблен, что мне хотелось убить их обоих, причем гораздо более жестоким способом, чем я планировала.
Мы въезжаем в Санта-Барбару. Бренди тут же объявляет, что хочет выйти и немного прогуляться.
Вся проблема в том, что в Калифорнии очень любят порядок. Когда ты появляешься в холмистом районе над Санта-Барбарой, к тебе тут же подруливает полицейский или представитель какой-нибудь частной охранной организации и вежливо спрашивает, кто ты такой и не будешь ли ты так любезен предъявить документы.
А Бренди, ее опять мучают спазмы, и она открывает дверцу и высовывает на улицу одну ногу еще до того, как Денвер Омлет останавливает машину.
Бренди жаждет раздобыть тилокс в капсулах, который она забыла забрать из номера 15-Г “Конгресс отеля”.
- Ты никогда не станешь красивой, - повторяет Бренди в тысячный раз, - пока не почувствуешь себя красивой.
Здесь наверху, в холмах, мы останавливаемся у обочины, рядом с табличкой “ДОМ ПРОДАЕТСЯ”. Дом, который на нас взирает, - огромная гасиенда. Она настолько испанская, что, глядя на нее, хочется станцевать на столе фламенко, покачаться на люстре из кованого железа или напялить на себя сомбреро.
- А теперь, - говорит Денвер, - становитесь красивыми, и я покажу вам, каким образом мы можем достать болеутоляющие, продаваемые только по рецепту.
Вернемся назад, в те три дня, которые мы провели в квартире Мануса, прежде чем раздобыть наличные.
Бренди, у нее созрел новый план. Прежде чем отправиться под нож, она решает разыскать свою сестру.
То есть меня, мечтающую поскорее станцевать на ее могиле.
- Вагинопластика никуда не денется, - говорит Бренди. - По крайней мере до тех пор, пока я кое-что не улажу.
Она настроена найти сестру и обо всем ей рассказать. О гонорее, о том, почему Шейн не умер, о его невероятных приключениях.
Чтобы не осталось никаких неясностей.
Наверное, она удивится, когда узнает, что ее сестре уже многое известно, думаю я.
Я должна поскорее исчезнуть из города. Я опасаюсь, что не сегодня-завтра подпишут ордер на мой арест по обвинению в поджоге.