Око силы, АльбиреоМКГ
-----------------------------------------------------------------
История вторая.
- В вас, женщинах, есть какая-то сломанная деталь. Вы все время считаете, что вы кому-то сдались. Все время. Если где-то носом ударитесь об равнодушие, то обязательно проморгаетесь и придумаете нужность, важность и избранность с другим. И вот удивительно, ничто вам не мешает этим заниматься, никогда в вас эта функция не прекращает работать. До вас нет никакого способа донести, что вы никому не сдались. Ну ладно, никому не сдались так, как вы себе это напридумали, - мужчина равнодушно смотрел на девушку перед ним, на то, как медленно пропадает улыбка с ее лица, как она пытается вернуть ее обратно, удержать, показать, что ей не больно и не страшно, и не обидно. Как до этого горевшие глаза тухнут, довольно интересный эффект, когда не меняется освещение, а блеск из глаз пропадает. Как она начинает бегать глазами не понимая, растерянно, а потом в попытке найти смысл и силы удерживать улыбку на лице. - Давай, я повторю тебе еще раз, - сказал, поднимаясь со своего места, мужчина, невольно подавляя девушку своим ростом. - Ты мне не сдалась. Ты ужасная приставала и я устал намекать, что мне нет до тебя дела, и я устал от твоего присутствия. Да, с тобой один раз переспать было приятно. Переспасть. Один раз. Ты хорошенькая. Но я никогда не говорил, что будет что-то большее. Я и не хотел чего-то большего. Я даже не соблазнял тебя. Ты же у нас смелая, сильная, самостоятельная женщина, которая кинулась на меня и теперь от тебя только топором отмахаться. Я не знаю, кто тот мазохист, что составит тебе пару, я вообще не верю, что мужчинам нужны женщины, мне кажется, они врут и вам, и себе. Я счастливыми мужчин видел только с мальчиками. Только ради мальчишек они совершали какие-то поступки, только ради них отрывали свои задницы, чтобы завоевать, чтобы завладеть и у себя оставить. А вы... Да оставь окно открытым в душный день, и вы решите, что это вам приглашение в жизнь, - мужчина потер лоб, - я ведь конкретное хотел сказать. Ах, да. Ты можешь остаться, комнат-то много, только перестань уже встраивать меня в свои иллюзии и донимать меня ими. Надеюсь я не пожалею о своем решении разрешить тебе здесь остаться и ты не придумаешь, что есть возможность каких-то отношений, что где-то в глубине души я тебя все же люблю. Нет. Не люблю. И не любил.
Мужчина вышел из зала, закончив свою речь. Девушка смотрела в пол пытаясь сдержать слезы. Она бросилась бы прочь, но куда ей бросаться? У нее нет дома, а восточный город за ее спиной не был добрым к девушкам, они были тут расхожим товаром. Окажись она сейчас на улице, то уже к вечеру была бы вынуждена продавать себя за гроши, чтобы собрать на кусок хлеба. Он прав, девушки не ценились, красивы ли они или уродливы. Спрос был только на девственницу, но свою девственность ты хорошо, если при должной ловкости, раз десять продашь, а потом уже все, потом ты такая же как и миллионы хорошеньких девушек восточного города. Даже если ты родилась в семье богача, ты такая же как все, дешевый, расхожий товар.
У нее не было гордости, и самоуважения у нее уже тоже не было. У нее остались только мечты, что может быть, когда-нибудь... Но ведь есть же сказки, что герой ищет именно героиню и с ней живет долго и счастливо, ведь где-то же он есть, один, на миллион.
-----------------------------------------------------------------
История третья.
(Еще про героиню можно прочитать в главе "Песня прощения")
Тайра понимала теперь, что мозг устал, она устала, когда начинал возникать фоновый шум от множества ее решений и она присутствовала в центре этого водоворота без возможности от него избавиться, но с умением на нем не концентрироваться. Взгляд ее в эти моменты становился странным образом ярким, как у близоруких людей забывших свои очки и теперь пытающихся рассмотреть мир через пятна, сосредоточенный и расплывчатый одновременно.
Знающим Тайру не с детства порой казалось, что рабыня под каким-то наркотиком или пьяно влюбленная, но кроме нового для них взгляда ничего больше в глаза не бросалось, может быть чуть чаще обычного на губах возникала улыбка, словно она вспомнила шутку и сейчас пыталась не рассмеяться, потому что шутка была не к месту.