-----------------------------------------------------------------------
История вторая.
– Послушай, приятель, какую историю мне только что нашептал ветер, – хозяин «Местечка», сидевший за стойкой бара, оторвался от информационной волны и обратился к случайному одинокому посетителю напротив. – В одном мире, чем-то похожем на наш, жило племя бескрылых по соседству с крылатыми. Они такими рождались. Крылатые обладали обширными знаниями обо всем на свете и были высокомерными. Бескрылые были выносливыми и трудолюбивыми. Бескрылые жили на большой земле, крылатые же на летающем острове. Поговаривали, что когда-то все жили рядом, но однажды высокомерное племя отделилось и ушло от своих соседей, чтобы не делиться своими знаниями. Случалось так, что крылатые снисходили в большой мир и даже влюблялись в бескрылых, тогда бескрылый уходил со своим крылатым на летающий остров. Взобравшись на утес, откуда было рукой подать до летающего острова, бескрылый должен был сам сделать последний шаг в пропасть. Сделаешь шаг, и крылатые подхватят тебя, чтобы отнести в свою обетованную землю. Но только если ты достоин, если же нет, то полетишь ты в пропасть, так поговаривали. Однажды дочь крылатого вождя пришла в поселение бескрылых и влюбившись, увела за собой своего избранника, однако добравшись до вершины утеса, не смог он сделать последний шаг. Пара не вернулась к бескрылым, поселилась у подножия утеса. В одну ночь случилось несчастье, и крылатая занемогла. Схватив свою возлюбленную, бескрылый примчался к острову. Он кричал и молил о помощи, и на его призыв вышел сам вождь. Крылатую унесли, ничего страшного, она выздоровеет, просто воздух в предгорье не совсем подходил крылатым, им нужен простор поднебесья. Когда дочь унесли, вождь повернулся к бескрылому, долго вздохнул и сказал: «Когда же ты воспользуешься моим приглашением? Я все еще жду твоего решения, однако сколько бы я ни тянул тебе руку, если ты за нее не ухватишься, ты так и останешься позади».
Я здесь, АльбиреоМКГ
-----------------------------------------------------------------------
История третья.
Ито погладила зеркало и присела рядом с ним головой прислонившись к правдивому чёрному стеклу. Она продолжала исполнять свое решение и в предзакатные часы перед ночным бдением в библиотеке, соприкасаясь с Эдосом в полёте фантазий, смотреть в него и узнавать больше, ещё больше о том горе, что породило ее семейство в Кан-Дзиру и с их разрешения другие короли и приближенные. Ее снова затопило болью, кровью и криками. Она снова бесслезно рыдала не позволяя себе не смотреть скрываясь за слезной дымкой. Она вбирала в себя ужасы своего мира и не понимала, как знающие об этом продолжают спокойно жить, как они могут не пытаться исправить происходящее. Целые вырезанные семейства, сломанные жизни не одного поколения деревенских жителей, запуганные не любители садизма превращенные в жертв. Ито тянулась к каждому в желании понять, исправить, помочь, и понимала как мала ее жизнь чтобы это осуществить.
Эти знания не порождали сил, а скорее отнимали, потому что Ито казалось, что не было в ее мире справедливости, любая радость всегда ломалась и втаптывалась в грязь, всегда был подтекст даже в добрых делах. Каждый раз она удивлялась, что ее прощали, что к ней относились некоторые дзировцы даже тепло. Но от позора за мир Ито продолжала прятаться в библиотечной нише, стыдясь соприкасаться со светом тех, кто смог переломить уклад ее семейства.
Она бесшумно выскользнула из комнаты и желая напитаться хоть чем-то нерушимым, что не причиняло никому боли, осторожно по темным коридорам замка спустилась в огромный бальный зал с высокими для танцев крылатых потолками и такими же от пола до потолка окнами-арками. Красное светило оставляя длинные чёрные тени на блестящем полу заглядывало в пустой огромный зал. Ито медленно двигаясь к огромному окну по привычке вдоль чёрной стены, ей не был интересен сам зал, ей было интересно взглянуть на море с этого угла, потому что только тут оно искажалось так, что в любой час казалось золотым сказочным морем. Сейчас только с красными гребешками волн, но все ещё золотое, как несуществующее волшебное озеро из сказок.
Верила ли она в чудеса? Она очень хотела в них верить. Прячась с неприлично сказочной книжкой в руках, где все были красивы и счастливы, она хотела верить, что тоже попадет в такое место и неожиданно станет такой же как все. И тоже будет счастлива так же восторженно, полно и удивительно, как герои сказки. Да, она хотела в такое верить, но она знала слишком хорошо, что этому не бывать. Слишком очевидна была ее разница с этими героями. Они были красивы, так, что от них нельзя было оторвать взгляда, Ито же слишком хорошо, знала, что не красива. Она не уродина, да, но она самая обыкновенная, убери у нее крылья и среди золотокудрых девушек ее не узнать, она затеряется в толпе как обычная серая масса. Она хорошо помнила один единственный раз когда неприлично расплакалась по этому поводу. Она просто ужасно хотела танцевать, хотела нравиться. Это был большой праздник Феникса, она первый раз вошла в зал не для детей, а для взрослых. В этот огромный величественный зал, полный света любви создателя выплеснутый через светило. Первый раз, когда казалось, что весь мир перед тобой. И именно тогда она поняла, что она может быть хоть сто раз принцесса, но предпочтут Деву титулом ниже, из-за ее изящества, красоты, индивидуальности. Поняла это со всей откровенностью, через несколько танцев, когда все дебютантки уже танцевали и некоторые не один танец подряд, а она все стояла одна снизу любуясь полетами пар и к ней подошел Райм. Райм! Да, лучший из мужчин каких она знала, оплот безопасности и спокойствия, к кому можно было прижаться в часы неуютной тоски и всегда услышать: “Все хорошо, милая.” Но это все равно было, что подошел бы отец для спасения дочери. Именно тогда ее и стукнуло пониманием насколько она не интересна, так что даже титул и возможные благости не помогают ей быть привлекательной во взглядах Крыл. Если бы только она когда-нибудь набралась смелости и спросила когда-нибудь Райма, почему он подошел тогда, пусть даже чтобы подтвердить свои горькие мысли, то оборотень бы ответил, что он думал, что с ней будут танцевать многие, пусть даже многие из-за ее статуса, а когда увидел, что все ведут себя, как ротозеи, а принцессе хочется танцевать, подошел сам. Жалостью и тактом Райм никогда не руководствовался. Он бы сказал, что подошел бы еще, но Ито убежала потом. Но, конечно, Ито никогда Райма про это не спрашивала.
И вот тогда, когда после танца она убежала, она проплакала у океана всю оставшуюся от праздника ночь. Разглядывая себя в зеркальной глади. Переживая это поражения на все лады, чтобы больше уже не касаться этого никогда в жизни. Конечно, было больно. Очень больно. Но когда все слезы были выплаканы, все сожаления высказаны. Она смогла примириться с тем фактом, что этот кусок ее жизни никогда не будет как в сказочной истории или в любой книге, где герои излучают красоту. Она всегда будет только читателем этих книг и поэтому она легко стала восхищаться красивыми Девами, как восхищалась героинями. Это было то, к чему ей никогда не притронуться. Для нее мир стал превращаться в книгу, где она осталась за страницами. И скоро туда перешло еще и изящество с пластикой. Сколько ее ни учили в ней этого не проявлялось, слишком заметно было, что она старается. У нее был пытливый ум, но она не была быстра в решениях и выводах. Она знала много историй и умела их рассказывать так, чтобы ее заслушались, но говорить с людьми она не умела. Не умела ответить на нападки, если все же понимала, что это именно они и перевела разговоры тоже в то, что существует только на страницах книг. Она все еще от чего-то расстраивалась, но расстройство проходило и она все больше стала привыкать к одиночеству и тому, что она стала почти незаметной.