Повелитель зеркал
История первая.
Эдос рассказывал какие-то удивительные истории, и Альхам потом пробовал повторить советы из них. По такой сказке он научился ходить через зеркала. Он помнил, что это опасно, можно было легко в них заблудиться, но Эдос сказал, что есть Повелитель Зеркал, его можно позвать, если заблудишься, и он выведет тебя туда, куда ты шел, или вернет обратно.
- А если не вернет? Не захочет? – спросил тогда Альхам.
- Почему бы ему не хотеть? – удивился Эдос и улыбнулся.
- Может, он злой, - пожал плечами Альхам.
Эдос рассмеялся.
- Не бывает злых, Альхам. Бывают глупые. Глупые люди многого не знают, поэтому многого боятся. А когда люди многого боятся, они считают, что вокруг все враги. И поэтому они делают злые дела.
- То есть, чем злее человек, тем он запуганнее? – спросил Альхам.
- Конечно. А чем он невежественнее, тем он запуганнее. А Повелитель зеркал знает очень много, он сидит в зеркальном зале, и видит в зеркала все миры. Поэтому если ты попросишь его, он тебя выведет.
- А почему тогда другие, которые заблудились в зеркалах, его не просили?
- Потому что они о нем не знают. Видишь, опять незнание принесло неприятности.
- А почему ты им не рассказал?
- Я рассказал, - усмехнулся Эдос, - но они были уже настолько запуганы, что не поверили мне. И решили, что Повелитель зеркал злой.
- Мне тоже так говорили, что он злой. Что по зеркалам нельзя гулять, потому что может поймать Повелитель зеркал и навсегда оставить в зеркале, как картину.
- Конечно, - насмешливо хмыкнул Эдос, - такие все красавцы, что так понадобились ему, смотреть на них. Тоже мне, картины. То еще удовольствие на них пялиться вечность.
Я здесь, АльбиреоМКГ
------------------------------------------------------------
История вторая.
(Часть истории можно прочитать в главе "Золотые сердца")
Валерка вздохнул. Поправил лямку от старого рюкзака, что сейчас была приспособлена под ведро, в которое он складывал найденные грибы и шагнул на черную тропу.
И никто ему не был виноват в том, что он должен сейчас идти неизвестно куда, а не к домой к деду, где они бы пожарили весь свой утренний улов к обеду. Надо было за Машкой следить лучше. Дед его предупреждал, поступки могут быть разными. Его поступок заключался в том, что он просто устал от младшей сестры и это его нисколько не красило. Валерка горестно вздохнул, присмотрелся к разбегающимся тропинкам и выбрал ту, что показалась более ухоженной, хоть и не самой протоптанной.
Это была действительно тропинка, ее казалось, проложил кто-то, чтобы сократить путь и с тех пор поддерживал в хорошем состоянии. Валерка шел понурый и не особо рассматривал место куда попал, дед ему рассказывал об испытаниях самого себя и там всегда дорожки выводили туда, куда требовалось, поэтому Валерка позволил себе халатность не подмечать дорогу. Но все же, занятый самобичеванием он отмечать травы, о которых ему рассказывал дед. Вот подорожник, с ним все понятно, каждый знает, что приложи его к коленке и любая ссадина мигом заживет. А вот лопух, не такой уж он и бесполезный, вот поднимется у Валерки температура, можно будет жар лопухом сбить. Куча ромашек, в овраге притаилась крапива, встретился цветущий багульник и зверобой. Не дорожка, а сплошная аптека. И заканчивалась «аптека» перед пещерой похожей на предупреждающий знак. Валерка творчество оценил, если бы он шел, подняв голову, то вход в виде черепа заметил бы раньше, возможно даже куда-то свернул, хотя развилок-то на его тропинке и не было. А поворачивать в подобных местах не рекомендуют. И Валерка снова поправил лямку, перед тем как войти под своды пещеры.
***
Между пальцами блеснула монетка, скрылась на мгновение в ладони и снова раскаленным лучиком света побежала между пальцев. Это действие было сильнее гипноза и привлекало больше шумного разговора.
Лиса в третий раз поймала себя на том, что отвернулась от экранов и смотрит на игру монетки между пальцами напарника. С психом она кинула в него яблоко, которое мужчина ловко поймал и тут же надкусил.
- Чего бесишься?
- Да достал отвлекать, - Лиса махнула рыжим хвостом, собранным на макушке и вернулась к отслеживанию работы дверей, которые впускали в себя детей, которым требовался хороший урок по улучшению поведения. На этот раз их было не так уж и много, основной поток уже прошел и вся паника хозяек на самом деле, по мнению Лисы, яйца выеденного не стоила.
Монетка скрылась в кармане черных штанов, и мужчина потянулся всем телом, разминая плечи о спинку кресла. День не предвещал никаких сюрпризов. Все шло обычным, давно проверенным путем и этому можно было только порадоваться. Взгляд скользил по экран без напряжения и пристального вглядывания. Тем и прекрасно была штатная ситуация, когда за тебя уже все проверили и все устроили, сиди-следи, чтобы только ворота не заклинило.
- Вот как думаешь, когда нам, наконец, окна установят? – позволил себе праздные размышления мужчина.
- Никогда. Мы техническое помещение. Весь ремонт и перестройка только верхних этажей коснется. Никто в подвалы не полезет окна устанавливать, - Лиса откусила от румяного колобка, который принесла с собой в обеденной торбочке, не отрываясь от экранов и что-то успевая при этом записывать в журнал отчетов.
- Есть в этом какая-то несправедливость, мы все же важное звено в дверной цепочке.
- Читал бы ты больше рабочую подборку новостей. Нас переведут на верхние этажи и будут тебе окна.
- Смеешься что ли? Там пока до таких подробностей доберешься, день к концу подойдет. Хорошо, что у меня есть ты.
Лиса хмыкнула от невозможности ответить, потому что прожевывала очередной кусок от колобка.
- Черт, у нас гости в холле. Пришло дите, откуда не ждали. Сейчас в деревню выведу, не дергайся.
Последнее мужчина бросил Лисе уже в дверях и в его пальцах снова блеснула монетка. Лиса поморщилась, она бы тоже не отказалась прогуляться, а не проводить летний денек перед экранами, но ей при всем желании было нельзя отлучаться из комнаты, она была сегодня начальником. Ручка, сделанная под гусиное перо, застрочила о происшествии в журнал отчетов без помощи Лисы. И как только закончила отчет приступила к записке ответственному за технический центр о прибывшем госте. Лиса же спокойно доедала колобка.