Сквозь миры
История первая.
— Не бойся, мы те, которые хорошие, — улыбнулся ему Азат. Черный непроницаемый взгляд становился безжалостным. На мгновение раньше, чем медовые глаза Алика затянуло тьмой. Ничего, привыкнет. На снегу, на месте парня лежало черное перо. Азат поднял его и воткнул его себе в плечо, глубоко, вокруг выступила кровь, легко и нешироко взмахнул руками, и ворон поднялся с земли.
— Уходим, – каркнул Юль.
— Может, группами, чтоб незаметно? – предложил кто-то.
— Мы же вороны, кому до нас дело? – захохотал Юль, взмывая в небо. Стая снялась с деревьев, на какое-то время зачернив небо. Эд посмотрел вслед стае, задумчиво, но он бы не смог сказать, о чем он думает.
— Мы там так обжирались, там такие порции!.. – Рассказывала девушка в вязаной шапке мужчине. Про путешествие в Египет. Мужчина до боли в глазах, а может и в сердце, смотрел вслед стае.
Стая летела сквозь миры, листая Мультиверс, как книгу. Маршрут домой они знали отлично. Азат бережно прикрыв перо своими, летел чуть медленнее, Юль и несколько других воронов незаметно и уверенно страховали его со всех сторон. Совершенно случайно, под ненависть сбившейся в кучку ненужности попало воплощение разума Природы одного из Настоящих Миров, за пределами физической вселенной. Потому, те, кто приходит и собрались посмотреть на первые шаги и первые слова в настоящей жизни будущей Великой Природы, дающей Жизнь.
Те, за кем приходят. АльбиреоМКГ
-------------------------------------------------------
История вторая.
(Часть истории можно прочитать в главе "Открой дверь!")
Вечерний свет еще был достаточно ярким, чтобы осветить всю комнату, но уже совсем скоро нужен будет электрический свет, чтобы различать предметы. Работники музея как-то одновременно задумались о чем-то своем, и в комнате стояла тишина, нарушаемая лишь летними звуками за окном. Но совсем скоро умиротворение и усталость вечера была нарушенная суетливыми громкими звуками человека что-то за собой тянувшего, которые не предвещали ничего хорошего, работники музея никак на это не отреагировали, только, что отпустили свои мысли, вернувшись к оставленным делам. Кто-то отхлебнул чай из кружки, кто-то надкусил булочку, склонившись над книгой, кто-то продолжил дописывать оставленное письмо.
В комнату, словно самостоятельно вошла с человеческий рост панель, украшенная не только резьбой, но и металлическим литьем. Непропорционально высокий, вытянутый ангел со сложенными в молитве ладошками на груди красовался на ней среди деревьев лишенных листвы.
- Что это? – лениво спросила девушка, сидящая за столом с чашкой чая, мечтавшая услышать, что это просто вещь, которую не донесли до мусорки, но вот сейчас как и вплыла в кабинет, так она из него и выплывет, а главное и из музея тоже.
- Хорошая вещь, - ответили ей смущенно из-за панели слабеньким девчачим голоском, а потом и обладательница голоса так же смущенно показалась из-за громады, которую она еле донесла до кабинета, которую работники музея определили как комнату отдыха.
- У нас два новых прибора, куда мы эту хорошую вещь поставим? – девушка с чашкой чая пыталась всеми силами удержать в себе леность утомленного летнего вечера, что развалился по всей комнате, но постепенно отступал перед надвигающейся ночной работой.
- Нуууу, можно в каком-нибудь коридоре повесить, или поставить у гардероба… - несмело начала новопришедшая.
- Что она делает? – перебил мужчина, отрываясь от своего письма и подтягивая к себе журнал с оформлением свойств новых экспонатов, даже если они еще не были оформлены, но уже появились в самом музее их свойства надо было зафиксировать, чтобы потом разбираться, отчего взорвались все лампочки или перебилась вся посуда от 17-го года.
- Удерживает призраков, - радостно рапортовала прибывшая особа, теряя смущение из голосе.
- У нас нет призраков... – лениво добавила девушка с чаем и резко прямо села на стуле, - Ты еще и призрака с собой притащила?
- Ну...
- Ох, да боже же ты мой! – чай был отставлен, а лицо накрыто ладонью.
И тут ангел запел...
Тишина еще несколько минут стояла после того, как голос ангела с картины затих.
- Предлагаю утопить его в пруду, - сказала девушка с чаем, когда тишина перестала быть удивленной и поразившейся. - И ее вместе с ним. А с призраком мы уж справимся. Сдадим его нашей бедняжке из зеркал, она от парня никогда не откажется в любом его виде.
Мужчина вздохнул и еще что-то приписал в журнал. Худая женщина, напоминающая всех барышень 19-го века, оставила вязание и подошла к панели.
- Я не понимаю, почему вы все не можете меня поддержать и просто утопить такую неугомонную вещь? Мы ж с ней замучаемся, как с тем джином из графина с водкой!
- Ну что вы так, милочка, Алочка права, вещь хорошая, и у гардероба вполне смотреться будет, даже если запоет.
- Оооо, утопиться легче мне. Свет включите, темнеет. И чай остыл.
- Я сейчас тебе новый сделаю, - поспешила к чайнику девушка из-за панели.