Рита почему-то растерялась. График ее дня ломался, не так чтобы это была катастрофа, но все же неприятность. И почему-то казалось, что это у них автобус сломался, а как только эти автобусные беженцы пройдут, то обязательно покажется автобус для Риты, не сломанный, тот, что довезет ее до дома и она все запланированное успеет.
Валера смотрел на Риту, на ее растерянность и нерешительность. Дождался, когда все пройдут и голоса разговаривавших потонут среди деревьев, подошел к девушке.
- Тяжелое что есть? Помогу донести.
У Валеры и голос был спокойным, ласковым, но отстраненным.
Рита качнула головой.
- Я подожду. Может другой пустят.
- Не смогут они другой пустить. Тут только два автобуса, пока один идет в город, другой из города. Быстрей на электричке и по городу. Сейчас можно до конечной не доезжать. Есть новый маршрут… - Валера досадливо выдохнул, - Идем, – твердо сказал он, подхватывая свою сумку и так пошел на выход с остановки, что Рите невольно пришлось отступить и выйти из-под крыши, оказалось, что когда первый шаг сделан, то уже не сложно сделать и остальные уводящие прочь от известного на лесную тропинку.
- Можем не торопиться, - сказал Валера, когда они медленно пошли по узкой тропинке и он приноровился к ее осмотрительным шагам, которые ей приходилось делать на каблуках, - там и после десяти электрички будут. В десять пятнадцать и в десять тридцать. Сейчас еще часто ходят, зимнее расписание через неделю начнется, вот там пришлось бы торопиться.
Валера не пытался ее смутить, не пытался напомнить лето и Рита расслабилась, вот от такого ничего не значащего обыденного разговора. И наконец, смогла посмотреть на парня открыто. Он не улыбнулся ей на ее взгляд, как было прежде, но и зол он не был. Спокойный и внимательный, он так смотрел на всех. И как любому, кто шел бы рядом с ним и нуждался в помощи, сказал, чуть толкнув локоть в сторону Риты:
- Держись. Дорога тут так себе.
И получилось взяться за него без робости и смущения, не как за того Валеру, на котором можно повиснуть и со смехом подпрыгнуть и обвить ногами, а как за знакомого, хорошего и надежного, который доведет до станции и пойдет своим путем, может, шагнет в луч солнца, и растает, украденный осенью, ведь воровали же фейри себе мужчин из земного мира, почему бы им не продолжать это делать? А Валеру вполне можно было украсть, было за что.
- О чем задумалась?
- О фейри.
Валера хмыкнул. Рита отвернула голову. Ну да, Валера не очень любил сказки, для него новая подростковая литература с принцами, феями, демонами и эльфами была не литературой. Он как примерный отличник читал классику, для души советскую литературу. У него глаза горели от каких-то научных идей, что раскрывала объединяющая людей советская фантастика. Он даже из современного читал старое, то есть тех авторов, что творили в советское время, столпы общества, как говорил он. А Рита любила сказки.
Валера вдруг остановился и попросил:
- Прижмись к дереву.
Рита растерялась от непонимания и вскинула свои большие оленьи глаза на Валеру.
- Можешь прижаться спиной к дереву.
Повторил свою просьбу парень. Валера просил не часто, и просьбы были серьезными. Что-то могло произойти, если не сделать, как он просит. Может она не слышит, а ему хорошо слышно, как кто-то идет по тропинке и им надо дорогу уступить, а то снесут. И Рита отступила к березе, осторожно шагнув к ней с тропинки, и повернулась так, чтобы ствол уперся ей в спину. Береза красовалась золотым богатством и лучи осеннего солнца, пробиваясь сквозь листву, становились, казалось еще желтее, богаче в своей пятнистой раскраске на земле, траве, коже человека.
Валера скинул рюкзак и шагнул к Рите, упираясь рукой в ствол и нависая над девушкой.
- А теперь заведи руки за ствол и сцепи их.
Рита собиралась было спросить, зачем такое вообще делать, как вспомнила, что однажды Валера спросил, что она читает, и она зачитала ему отрывок из очередного читаемого ей романтичного, розового, до непотребства даже для нее, романчика. В отрывке как раз и было описано, как главную героиню эльфодемон прижал к дереву, завел ее руки за ствол, и стал целовать, пока она не потеряла от счастья сознание, по дороге, конечно, испытав несколько пиков оргазма. И Рита ошеломленная воспоминанием завела свои тонкие руки за ствол, сцепившись пальцами.
На губах Валеры появилась знакомая ласковая улыбка. Он нежно провел пальцами по щеке Риты и прикоснулся к ее губам в поцелуе. Рита чуть не застонала, как все героини ее книг. Она и не знала, как ей не хватало таких поцелуев Валеры. Витя целовался требовательно, жестко, он вырывал поцелуи. А Валера дарил. И у нее действительно закружилась голова от ощущений, от запаха осени окружившего их, от запаха и тепла Валеры, от накрутившихся на ожидания мечтаний. И она пропустила момент, когда он расстегнул ее тонкую для осени блузку, как расстегнул передний крючок у бюстгальтера, тут же открывшим небольшую грудь. Но она не пропустила как с ее шеи теплые, ласковые, мягкие губы Валеры спустились к груди захватывая сосок и вот тут она все же застонала. Ее рука дернулась в желании закопаться в мягких прядях отросших Валеркиных волос пожженных солнцем, но парень не дал движению свершиться, снова прижав ее руку к стволу шепчущейся с ветром березы.