И снова она смотрела на снег и башню, но комплимента было слишком мало, чтобы стереть с тела остатки возбуждения. Тайра вздохнула и развязала халат, который тут же соскользнул с ее тела открывая ночи и зиме красивое женское тело. Она пыталась остудить себя, но острые снежинки прикасаясь к телу только возбуждали его своим холодом. Никогда собственное возбуждение не уходило быстро, всегда нужно было ждать. Сейчас она даст телу остыть, сейчас она заставит его сражаться за жизнь и можно будет вернуться в свою комнату и забыть о влажных жестких фантазиях, где присутствовало тело со спрятанными в нем змеями.
Спасибо, что читаете и поддерживаете, пишите, про каких героев вы хотели бы больше рассказов, какой жанр больше привлекает)
Разноцветные потоки
История первая.
Амий стоял среди разноцветных потоков, так выглядели люди там, где нет физических тел, проявленные воля и внимание.
– Как на базаре, – вздохнул он, вернее, решил, что вздохнул, – где эта девочка?
– Вон, фиолетовая, – раздался рядом голос Эрика.
От фиолетовой точки расходились потоки, обвивали другие точки, сплетались с потоками, болтались в квантовом пространстве, которое не было пространством в привычном понимании.
«Фиолетовой девочки» было очень много.
– Такая юная, а так разветвилась, – вздохнул Амий.
– Она только тут, в одной группе, юная. А так-то ей несколько десятков миллионов лет, как почти всем тут, – сказал Эрик.
– Да, неосознанно прожитые миллионы лет, удручающе, – сокрушенно сказал Амий, – тут? Где тут?
Вдруг спросил он.
– В мирах физической вселенной.
– Еще и миров куча? – грустно уточнил Амий.
– Ловушка есть ловушка, – словно извиняясь, проговорил Эрик и улыбнулся.
Амий оказался рядом с фиолетовой точкой, отраженной потоками внимания в бесконечность вариантов реальности.
«Девочка» не видела Амия, не чувствовала его прикосновений к потокам, она не осознавала реальность, все ее внимание было разбросано наблюдением за вариантами.
Амий искал уникальные данные потоков, снятые с информационного следа «местной Кейры» и Кейры мира н1. Электричество, на котором работает человек, обладает точными параметрами. В Фироками уже научились сверять электрические потоки людей.
– Ага, вот эти два пучка «наши», – сказал Амий, – и что она ищет?
Пучки были нестабильны, пытались не переплетаться друг с другом, а метнуться куда-то дальше.
Фиолетовые потоки Кейры тыкались в золотую и белую точки рядом с ней, пытаясь оплести их.
– А это кто? – спросил Амий, и сравнил следы точек с параметрами. Ему не нужны были записи, его память работала без сбоев. – Аха. Аха.
Он коснулся нескольких потоков, просматривая, что наблюдает Кейра.
– Оптимальная система. Кейра пытается выстроить оптимальную систему, – сказал Амий, – а как ей это пришло в голову?
Амий задавал вопросы вслух больше для себя, но, если ответы медлили появиться, отвечал Эрик.
– Уходят туда, где ждут, помнишь? – спросил Эрик.
– Так ее, вроде, эти пареньки везде ждут.
– Но у нас ее не ждут, любящую Глеба, а у соседей, любящую Гордея. Значит она пойдет дальше.
– Но что случилось, как ей пришло это в голову? Что ее так раскачало? Почему квантовая запутанность стала такой… сильной? А остальные? Убитая девочка почему-то помнит свое убийство. Мальчик, как его, и вовсе загадка – создал свой мир. Как они так сумели? Почему? Любили больше других? Хотели больше других? – всматривался Амий в потоки, – и ведь это все в разные моменты на стреле времени. Не было одного какого-то всплеска, чтобы их всех запутало. Но что-то же было общее. Кроме причины. Что-то вмешалось и дало шанс именно им получить то, что они хотят.
– Значит, это что-то или кто-то, должен выпадать из общей системы. Он не связан с ней. Но сделал то же самое.
– И у него могла быть другая причина, – задумчиво сказал Амий.
– Или такая же. Но у него хватило сил так сменить ветку.
– Должен быть след, но мы не знаем, куда смотреть, – сказал Амий.
– Этот кто-то появился лишь около полугода назад. И он до сих пор не там, где его ждут.
– Потому не происходит декогеренция, он еще ищет. И пока он будет ходить и искать, у тех, у кого слишком много электричества в той же причине, будут уходить в заметно другие ветки. Но! Должна быть какая-то зона рядом с ним. Все-таки в проявленных мирах наблюдения есть пространство.
– Значит все они должны пересекать чей-то один поток, – сказал Эрик, – он их притягивает, и они переходят с ветки в ветку.
– Кто-то очень сильный. Ну что ж, давай поищем, – Амий перевел внимание только на Дитта, Кейру и Талу, ветвящихся в бесконечность, и потоки вокруг них.
Спустя наблюдение, потому что времени тут тоже не было, Амий потряс головой, вернее, сделал привычное действие, которое переводилось бы, будь у него тело, как потряс головой.
– Нет общего потока. Вероятно, когда лишний пазл системы активизируется, излучает эмоции, тогда они притягиваются к нему, а так… или он их сбрасывает, или гаснет, так, что его не найти.
Эрик одобрительно покивал.
– Кто же ты такой? – задумчиво проговорил Амий, вглядываясь в разноцветное переплетение внимания, которое люди называли мирами.