Мухтар отозвался довольным тявком и, наконец, отвалил от меня. Пошел изливать свою радость на хозяина. Мужик отмахнулся от пса, подошел ближе и тут, наконец, заметил грузную тушу чужого, куском мрака валяющуюся у ворот.
- Ты гляди-ка! Завалили.
Я скромно стояла за спиной Потапа и молчала, прикидываясь частью пейзажа.
- Да ты б сразу понял, коли б не завалили. - выдал Потап. - Одна такая страхолюдина ко мне вот в дом залезла, я уж думал, все, отбегался.
Михей нахмурился.
- И как оно?
- Такую животину поди завали: сильна как шатун, а шустрая, аки кошак одичалый. Когда б доча не поспела, было б мне худо.
И Потап чуть отступил, указывая на мою скромную персону. А мне как-то резко захотелось включить скрытие и смотаться от греха подальше, уж как-то слишком мрачно на меня смотрел мужик.
- И правда, не привиделось. - Михей покачал головой. - А твой тоже тут?
Я покачала головой.
- Погано. - Михей тяжко вздохнул. - Еще придут?
- Да кто их знает? - честно ответила я. - Ночь еще впереди, могут и явиться. - сняв с пояса растворитель, подошла к трупу и капнула пару капель синей жидкости.
Мужики с интересом смотрели, как разлагается тело. На земле осталось только чуть маслянистое пятно.
- Видал я такие следы. - сказал Михей.
Я на это высказывание ничего не сказала. Еще бы он не видел! Только за прошлую ночь дофига этих уродов пришлось уработать в деревне.
- Идем, подсобишь.
- С чем? - опешил мужик.
- Туши собирать. - пояснил Потап. - Доча, много их?
- Еще двенадцать. - отозвалась я. - Две в деревне и десять на пастбище.
- И ты их одна всех? - удивился Михей.
Я пожала плечами, но ничего не сказала. Ясное дело, что одна, раз Ннан"чин"де в капсуле!
Потап мою неразговорчивость понял правильно: призывно махнув Михею, произнес:
- Показывай, доча, где они валяются.
Показывать особо я не стала, указав, что искать надо на пастбище и в подлеске. Мужики покивали и свалили, а я пошла зачищать туши в черте деревни.
Первую, на подворье, я убрала легко и быстро: она лежала открыто и была сожрана вместе с телом разорванной псины. Кровь, конечно, на утоптанной земле останется, но как-то подчищать ее я не стала. Смысл? В деревне и так знают про нападения, что дергаться, если почки уже в банке. Аккуратно закрыв за собой калитку, я потопала дальше по улице.
В углу зрения вновь замигало тревожное сообщение со стационара атта: пересечение границы. Развернула карту, посмотрела. Одна стая в восемь особей вышла из недобитого нами улья в разрушенной деревне и выдвинулась куда-то на север, а вторая, крупнее, потянулась вдоль реки вверх по течению. Это, скорее всего, к нам.
Перепрыгнула забор, приземлившись возле поломанного куста красной смородины, обошла его, схватила тушу за хвост и потянула. Туша цеплялась за ветки и тянулась с трудом.
Сколько их там? Девять? А, не, вот еще одна. Десять. Будут у края леса минут через двадцать, не раньше.
Туша, наконец, покинула развороченный кустарник. Капнула растворителя, понаблюдала, как ее сжирает, капнула еще на недоеденное и ушла. Надо предупредить людей.
Когда я вышла из деревни, Михей как раз вытаскивал чижа из зарослей здоровенных и крайне колючих будяков, негромко, но от души матерясь. Колючки вымахали знатные, развесистые, уже успели отцвести, "головки", размером с два моих кулака, уже подсохли и кололись нещадно.
- Уходите. - коротко сказала я, краем глаза наблюдая за приближающимися тварями. Уже подходят к нашей стоянке. Быстро двигаются. ОЧЕНЬ быстро двигаются.
- Что такое? - недовольно буркнул Михей.
- Еще идут. - ответила я. - Минут через пятнадцать будут здесь. Лучше бы вам на дворе не стоять.
Время еще было: как раз успею приготовиться. Хорошо хоть мужики синдромом героя не страдали и послушно сделали что сказано: свалили отсюда. Разве что Потап, уходя, сказал:
- Ты уж аккуратнее, доча. Много их идет?
Сама знаю, что надо бы аккуратнее! Я хочу жить долго и счастливо. И, при этом, не одна!
- Да штук десять в эту сторону. И еще восемь - куда-то на север двинули.
- Стремнище, что ль? - спросил Михей. - Оно ниже по течению, прям на реке.
- Нет его... - я запнулась. - Под ним теперь улей. Уже давно.
- Тогда Заречье остается: крупная деревня, чуть в стороне. - Потап покачал головой.
- Про Верхние Ключи забыли. - поправил нас Михей.
- Верхних Ключей тоже уже нет. - буркнула я. - Уже дня два как того.
- Целиком сожрали?
Я кивнула. Потап глянул на темную стену леса, покачал головой.
- Михей, угол выделишь?
- А с твоим-то что?
- Ставни выбила, паскуда.
- Идем.
Мужики утопали, а я занялась подготовкой к бою. Перво-наперво я отогнала атта ближе к деревне: как показала практика, боярышник сильно мешал, а надобности в маскировке уже не было. Потом выложила все гарпуны и взяла зазубренные стрелки. Мне сейчас надо оружие поубойнее. Так, теперь - новая кассета с тяжелыми метательными ножами. Шесс скручен в единое оружие. Что еще можно сделать? Достала аптечку, ввела себе еще одну дозу заживляющего: разгонит метаболизм и прогонит сонливость. Не помешает. Теперь... вроде готова.