Лежавший перед ним Цербер вовсе не умер, а просто был в отключке, но об этом кому-либо знать необязательно. И если он вновь попытается им помешать, или кто-нибудь возникнет на их пути, Геркулес не позволит все это похерить и будет вынужден использовать божественный артефакт по назначению.
– Я вынесу отсюда огненного монстра и спрячу в одной из жарких точек планеты, где ему самое место! А мы пока исчезнем на некоторое время! Мир людей велик! – добавил Герк. - Пусть твой муженек, Персефона, сперва нас отыщет!
***
Какая-то непонятная тревога и щемящая тоска закрадывалась Адосу в душу. Сердце болезненно сжималось, а ребра будто сковывало тугим обручем, не давая нормально вздохнуть. Сама охота и довольно неплохой улов неприкаянных душ не доставляли удовольствия и не приносили владыке долгожданного насыщения, как это бывало раньше.
Что это с ним? Стареет что ли? Откуда эти странные чувства, кошкой скребущее нутро? Так себя ощущают все, кто по-настоящему влюблен? А ведь он действительно влюблен, потому слаб и уязвим. Джордан – его слабость. Или наоборот. Он силен как никогда и готов горы свернуть ради этого парнишки!
Ну вот, приплыли! Относит себя к категории особей среднего возраста и занимается самокопанием. Может, не стоило покидать Аид и оставлять Цербера практически одного в такой ответственный момент? Ключ это всего лишь прелюдия перед самым главным и необходимым шагом открыть парню свои истинные чувства. Но стоит ли? Когда и так все видно невооруженным глазом. Он со всеми своими божественными потрохами принадлежит Джордану, а тот ему, и это неоспоримый факт. И все вроде бы хорошо, только вот это странное чувство, сосущее где-то под ложечкой, заставляя учащенно биться сердце.
Ощутив дикую необходимость срочно вернуться в Аид, Блейк разыскал Харона и велел ему заканчивать без него.
- Я буду ждать с Цербером у ворот преисподней, - бросил он, собираясь трансгрессировать.
- Хорошо, босс, - ответил ему главный помощник, распознав в глазах владыки неподдельную тревогу, - мы с ребятами скоро подтянемся.
Щелкнув пальцами, Блейк перенес свое божественное тело прямо к адским вратам, заметив, что те открываются.
Мать твою! Какого хера тут творится?! Где Цербер и его подручные?! А это еще кто?! О, Боги, нет!
Двое подростков, которых он видел возле больницы Пеона, открыли ворота и готовы были пересечь черту, а еще двое, Персефона и огромный верзила, тащивший на плече чье-то безжизненное тело, (блядь, это же его малыш!) следовали за ними. Апофеозом всего этого кошмара, глупости и подлого предательства была маячившая на горизонте огромная туча бестелесных душ, собравшаяся за спиной владыки преисподней и стремившаяся покинуть ад, учуяв, что врата открыты. Лишь небольшой отряд его верных слуг, как мог, сдерживал эту бесконечную и неуправляемую орду, пытаясь пресечь массовый побег.
- Персефона, назад! Закрой эти чертовы ворота! – в бешенстве заревел Блейк, устремившись за племянницей и качком.
Геркулес испуганно вздрогнул и быстро обернулся, заглянув в черные угли глаз, приближающейся к нему смерти. Он не хотел! Правда, не хотел, чтобы все так закончилось! Но Адос вот-вот его настигнет и всему конец! Все еще удерживая на плече Цербера, парню удалось ловко извернуться и со всей силы метнуть молнию в возникшего рядом владыку преисподней, чуть не сбив того с ног.
- Идем, Перси! – хрипло выкрикнул верзила, переходя со своей ношей рубеж и присоединяясь к своим товарищам по несчастью.
Вместо того чтобы последовать за ним его сестра будто в соляной столб превратилась, переводя обезумевший взгляд со своего мужа на стоявших по ту сторону Геркулеса, Джонсона и Спенсер. Их лица походили сейчас на застывшие восковые маски людей, перенесших смертельный ужас и душераздирающий кошмар.
Блейк дернулся и чуть не упал от мощной ударной волны и жгучей боли пронзившей его грудь чуть выше и левее сердца. Гневные слова, что Адос хотел обрушить на дерзких подростков, посмевших так подло сюда проникнуть и причинить боль Церберу, а уж тем более ему, застряли в горле вместе с воздухом.
Пошатываясь, он слегка склонил голову, еле различая мерцающее серебро божественного артефакта, торчавшее из его тела и теплый поток крови, начавший сочиться из отверстия. Зрение Блейка стало терять четкость, а сам он из последних сил попытался вытянуть из себя инородный предмет или закрыть рану рукой.
Последний расфокусированный взгляд на убегавших и его мощное тело начало резко слабеть, ноги подкашиваться, а сам Адос, процедив сквозь зубы «малыш», стал проваливаться в глубокую черную бездну.
- Перси, ну же! Пойдем с нами! – надсадно выкрикнул Джонсон, первым придя в себя от шока. Юноша стоял на границе миров и тянул к девушке руку.
Блейк в ответ лишь лихорадочно замотала головой, с осуждением глянув на всех троих.
- Уходите! – выкрикнула она, подбегая к лежавшему на земле дяде.
- Я не хотел этого, правда! – пытался оправдаться Геркулес, пряча глаза и понимая, наконец, что произошло. Он только что нанес верховному богу Олимпа смертельную рану.
- Я же вам говорила, идиоты! – чуть не визжала Спенсер, хватая за руки обоих и возвращая Тесея за пределы Аида. - Сваливаем!
Троица, почти синхронно щелкнув пальцами, растворилась. Персефона, не сдерживая рыданий, склонилась над Адосом, крепко прижимая ладони к ране.
- Боги, дядя! Не умирай, прошу! – сквозь потоки слез молила она, слыша нарастающий гул в ушах и отдаленные крики.
Оторвав глаза от безжизненного тела Адоса, девушка увидела огромную тучу бестелесных душ, стремящихся к разверстым вратам преисподней.
- Мать вашу! Быстро закройте ворота! Кто-нибудь! – услышала она голоса подручных Блейка.
Перси быстро вращала головой в сторону приближавшегося роя и разверстых ворот, не зная как ей быть. Ее руки, плотно прижатые к груди Адоса, не позволяли божественной крови так быстро покидать тело владельца. До ворот было всего несколько шагов, но их надо было сделать, а это означало, что придется бросить истекающего кровью Блейка. Девушка тихо заскулила, в бессилии зажмурив глаза.
Пусть эти чертовы души летят! Я его не брошу! Я и так у Адоса в долгу! Мне не важно, что он потом со мной сделает! Главное чтобы выжил!
- Какого дьявола?! – услышала она совсем рядом знакомый голос Харона.
Быстро оценив ситуацию под грифом «ЧП вселенского масштаба», мужчина первым делом подскочил к вратам и с помощью нескольких подручных плотно их притворил, запирая на ключ. Закинув на шею цепь, он оперативно стал отдавать команды возвращавшимся с охоты подчиненным относительно ситуации в Аиде и за ее пределами, отослав большую их часть погасить мятеж среди восставших душ, и меньшую, придержать группу вновь прибывших на некоторое время под стенами преисподней, но извне.
- Что с Адосом?! – взволнованно спросил Харон, склонившись над телом босса.
- Он серьезно ранен, - выдавила Перси, захлебываясь слезами, прижимая окровавленные руки к груди Блейка.
- Это что, молния громовержца?! Здесь был Зевс?! Эй, парни, кто посвободнее ко мне, живо! – орет Харон, подзывая подручных.
- Нет. Это не он, - мямлит Персефона, лихорадочно мотая головой, – это я во всем виновата.
- Что?! – непонимающе бросает Харон, видя, что к ним подбежало несколько слуг. – Где Цербер?! – спрашивает он более жестко, сверля девушку глазами.
- Его нет, - цедит та.
- Что значит, нет?! Что тут к херам произошло?! – беснует заместитель владыки.
- Это я во всем виновата, - словно в трансе повторяет Перси, не в силах взглянуть Харону в глаза.
- Ладно, девочка, - рычит главный помощник, срывая с себя кожаный плащ затем футболку, комкая ее на подобии тампона и прижимая к ране босса, - продолжай сдерживать кровь, да, вот так, умница! Мы сейчас все вместе отнесем его в мой лимузин! Только не отпускай, поняла?! Парни, а ну-ка помогите мне! – скомандовал он, аккуратно подхватывая Адоса за плечи, а те за туловище и ноги быстро перенося обездвиженного владыку к машине.