С "зарплатами" возрожденных по Ограничению, чтобы накопить миллион, требовалось не менее десяти лет и это при условии отсутствия трат. Ну а после того, как моя мать снизила ставку выплат до минимального значения, накопление заветной суммы превратилось для Марины в несбыточную мечту.
Вспомнив, как накануне девушка прятала от меня свое лицо, я сообразил, что чем ниже было значение ее параметра Духа, тем хуже становилась его внешность и самочувствие.
"-Этакая пытка, дающая время на раздумье", - пронеслась в моей голове догадка.
Впрочем, сидящая сейчас передо мной девушка опровергала данные логического умозаключения. Пройдя весь "путь" и обнулив Дух, вместо того, чтобы окончательно умереть, к Марине вернулась прежняя красота и здоровье.
– Что то я ничего не понимаю, – признался я: – Дух достиг нуля и снова стал сто процентов?
– Да, – кивнув головой, Марина с легко угадываемой грустью в голосе добавила: – только вот теперь мне не двадцать два года, как было пару дней назад, а двадцать три.
– Иди сюда, – потянув девушку за руку, я приобнял ее за плечи и утешительно добавил: – все будет хорошо.
Имевшийся рядом с изголовьем кровати выключатель погрузил комнату в темноту. Ночная тишина обволокла нас со всех сторон, позволяя расслабиться и заснуть. Я лежал, обнимая доверчиво прильнувшую ко мне девушку и думал о том, насколько "оригинален" оказался человек, перепрограммировавший инфополе нашей планеты.
Принудительно повзрослевшая на один год, Марина не ощутила в себе никаких перемен. Но, мне отчего-то подумалось, что когда ее возраст достигнет отметки в сорок или пятьдесят лет, даже при сто процентном параметре Духа, внешность, как и мировосприятие, окажутся совсем не такими, как сейчас.
"-Хорошо, что Марина не знала про систему штрафов, – додумывал я, проваливаясь в сон: – в сообщении системы однозначно указывалось, что при величине Штрафа, равной обязательству по Труду, наступает окончательная смерть проштрафившегося индивида"
Несколько следующих дней прошли в каком-то состоянии нирваны, забросив интернет, я все свободное время проводил вместе с Мариной. Мы вместе завтракали, обедали и ужинали, посвящая каждую свободную минуту общению и сексу. Немногочисленные "обитатели" больницы не могли спокойно "пройти" мимо наших отношений и каждый, в силу своей язвительности, старался прокомментировать происходящее.
– Ну что, голубки, ненаворковались ещё? – сидевший за соседним столом столовой, Владимир Олегыч ухмыльнулся в усы.
– Не завидуй, – оторвавшись от еды, Марина показала ему язык и вернулась к прерванной трапезе.
– А где Алла? – так же не испытывая пиетета перед "врачом" с отделения Духа, я "запустил" ответную шпильку.
– Не сошлись характерами, – упоминание о медсестре, назначенной Трудом ему в помощь по отделению, стерло улыбку с лица мужчины.
– Ты бы ей цветы подарил, или еще что, – недолюбливающая ничего не делающего в больнице доктора, Марина дала очередной "совет".
– Ей монеты подавай, а где я для нее работу найду? – вспомнив, что и сам сидит на минимальной "зарплате", Олегыч недовольно скривился.
– Ничего-ничего, лет через десять от желающих поднять Дух отбоя не будет, – не унималась сидевшая рядом со мной девушка.
– Приятного аппетита, – проиграв этот "раунд", доктор встал со своего места и направился на выход.
– Грязную посуду за собой уже не убрать? Нашёл прислугу!? У нас здесь самообслуживание! – тут же подала голос Татьяна Семеновна, сидевшая на привычном месте за кассой.
Дойти до выхода из столовой Владимир Олегыч не успел, через распахнувшуюся настежь дверь в помещение ворвались двое неизвестных. Пистолетным выстрелом в упор они убили доктора и, не останавливаясь, продолжили движение вперед. Я сидел лицом к выходу и видел все с самого начала. Когда Марина повернулась на шум, неизвестный оказался от нее в трех метрах, после чего прозвучал еще один выстрел.
Оцепенение, которое до этого охватило мое тело, неожиданно прошло, сменившись всплеском адреналина. Впрочем, единственное, что я успел сделать, так это вскочить со своего места. Этим движением я облегчил задачу нападавшим, стоя в полный рост, мое тело представляло крупную мишень.
Темнота привычно последовала за моментом смерти, после чего видимость вокруг прояснилась и я стал иметь возможность видеть нападавших. Двое мужчин, убив Семеновну и обыскав кухню, молча покинули столовую. Пройдя в бестелесном состоянии сквозь стену, я решил посмотреть куда они направились, но смог заметить только мелькнувшие в конце коридора силуэты. Получить информацию о том, кто это и зачем нас убили, несмотря на свои возможности, мне не удалось.