– Пошли, обсудим все, – сказала она.
Но обсуждать ничего не пришлось. Максим сразу рванул с места, едва мы сели в салон. Я думал, что он поедет в сторону шахт и приготовился просить высадить меня, но машина плавно повернула на север. Городок остался в стороне, слева ползли ледяные дюны. Мелькнул на мгновение и пропал за холмом дом Даши.
– Куда мы едем? – спросил я.
– Хочу попросить вас помочь мне разобраться кое с чем, – отозвался Максим, выворачивая руль. Мы съехали с дороги в неглубокую мерзлую колею. – Чтобы я потом смог помочь вам. Просто больше не к кому обратиться. Не знаю, какую дичь я только что наблюдал, но, думаю, вы ничего подобного в жизни не видели.
Аня нервно хихикнула, а я угрюмо кивнул.
– Да, конечно.
Между далекими холмами все отчетливо вырисовывалось серое здание с маленькими окнами и бетонным навесом над стеклянными дверями. Я отметил про себя, что конструкция, не совсем подходящая для севера. Максим остановил на пустой парковке, засыпанной мелкой снежной крупой. Достал из-под сидения монтировку и накинул куртку.
– Аня, побудь тут, – сказал я, – мы с Максимом просто посмотрим, что там. Если нас не будет дольше получаса, позвони участковому.
– Ага, разумеется, – Аня включила камеру на телефоне, протерла рукавом глазок объектива и первой выбралась из салона.
Я заметил, что тут почти не было ветра, хотя весь городок постоянно продувало насквозь. Холмы были повсюду. На одном из них покачивалась радиовышка. Мы подходили все ближе к стеклянным дверям, за которыми темнело фойе. Здание серой громадой возвышалось над нами. Непонятно было, пустующее оно или нет – в окнах не горел свет, н и разбитых стекол тоже не видно.
В фойе царил полумрак. Серый свет, лившийся из окон, едва вытаскивал из темноты бетонные лестницы и колонны, уходящие в высокий потолок. Никакого освещения. Только мелкие красные лампочки тускло светились на стене у стойки охраны и монохромные экраны едва освещали турникеты и старомодную решетку, отделяющую вход от фойе.
Максим толкнул ротор турникета, подошел к стойке и положил на нее монтировку. На креслах никого не было. Тут лежал открытый журнал, и последняя запись датировалась позавчерашним днем.
– Тут был институт. Изучали то ли миграцию китов, то ли магнитное поле. Или и то и другое. Последние двадцать лет – общежитие для вахтовиков в порту и нескольких ученых – одна или две лаборатории в малом корпусе все еще работают, но занимаются все еще непонятно чем. Охрана – чтобы не разворовали проводку и оборудование.
– Охрана так себе, – заметила Аня. Она медленно обводила камерой телефона фойе и экраны на стене. На большинстве не было ничего, кроме помех.
– Обычно они тут круглосуточно в две смены и свет всегда горит, – заметил Максим. – Но, как видите, не сегодня.
– Не городок, а клад контента, – восхищенно перебила Аня.
– Плохого контента. Мой сменщик должен был выйти со мной утром – разгружать лодки артели. В итоге я таскал ящики и мешки один. А потом пришел сюда с некоторыми претензиями. Вот только свет в фойе не горел и на посту никого. И, видимо, с позавчерашнего дня.
– Нашел сменщика? – спросил я.
– Само собой. Вот он, – Максим включил оставшиеся экраны камер видеонаблюдения. На двух были странные помещения, ярко освещенные и без окон. На одном было видно локоть и плечо человека, неподвижно сидящего на стуле. Две других были пусты. На четвертом, прислонившись к двери спиной сидел на полу человек. Он был жив и периодически поднимал руку и ударял кулаком по закрытой двери. Судя по всему, он делал это уже давно и без особого результата.
Аня навела на экраны телефон. Ее глаза горели любопытством и одновременно ужасом.
– Это он, – сказал Максим. – Камиль Усманов – мой сменщик, приятель и редкая заноза.
– Это запись? – спросила Аня.
– Нет. Все в реальном времени. Камеры работают. Это четвертый этаж – коридор между общей душевой и секциями.
– Почему ты не вытащишь его? – спросил я. Человек на экране явно был изможден.
– Думаешь, я не пытался, Ждан? – невесело усмехнулся Максим. – Я бегал туда и обратно раз двадцать. Проблема в том, что его там нет. Как и других. А чертова камера говорит обратное.
***
Монтировку Максим отдал мне, вооружившись найденным в ящике стола тяжелым фонарем. Мы поднимались по широкой лестнице, оставив Аню внизу. Изредка она сообщала, что видит нас на камерах в пролетах – я попросил ее включить громкую связь на телефоне и не отключать, пока мы не вернемся. Замечания по поводу не вечной батареи мы с Максимом проигнорировали.