Крайчек натянул на глаза шляпу и шумно выдохнул, выпустив из ноздрей тонкие струйки. Пластырь на его носу стал серым от пыли.
– Вы похожи на героя нуарного детектива, – сказал я.
– Не понимаю, о чем вы, – ответил Крайчек. – В каком смысле это не она?
– Не ее лицо, не ее голос и поведение не ее. Я не знаю, как еще объяснить понятнее.
– А вы в этом уверены?
– Настолько же, как и ее брат.
Крайчек завел машину.
– Хорошо. Сейчас мы во всем разберемся. Мы едем к ней. И если она там, я поговорю с ней. Если нет – с ее братом.
– Стойте! Это очень плохая идея.
Крайчек усмехнулся.
– Я стрелял по живым картинам и вышиб мозги кукле. Вот это было действительно странно. Поговорить с девушкой я, думаю, смогу.
Мы остановились у серой двухэтажки. Над ее крышей поднимался пар, а в окнах отражалось солнце.
– Спасибо вам, – сказал я.
Крайчек нацепил кобуру с пистолетом, поднял ворот пальто.
– Ждите меня здесь, Ждан. Много времени это не займет. Потом я отвезу вас в отель.
Он ушел, а я остался ждать. Я вдыхал остатки сигаретного дыма, витающие в воздухе, смотрел как качает головой на панели глупая собачка и как поблескивает на солнце полупрозрачная «елочка» под зеркалом. Трещина в лобовом стекле делила пейзаж за ним на две почти равные части. На одной плескалось море и искрился пляж, по глубокому небу ползли облака, сбиваясь в белые кучи. На другой замер старый дом с грязными окнами и облупившимися стенами, одинокий как затерянное в пустыне высохшее дерево. Тут он казался чужеродным на этом скалистом бело-красном берегу. Прямо как я сейчас – грязный в разорванной одежде в мирке, который казался мне ненормальным, но жил по каким-то своим логичным законам. И мне в нем совсем не было места.
Крайчек не возвращался. Не пришел он и через час. На моем чудом уцелевшем телефоне мигал индикатор батареи, грозя в любой момент оставить меня без связи. Я твердо решил подождать еще четверть часа, но неожиданно для себя уснул, вымотанный странным и страшным днем. Меня разбудила серо-рыжая зарянка, царапающая коготками по капоту и с любопытством заглядывающая в стекло. Телефон давно сел. Но часы на панели говорили, что спал я почти два часа. Крайчек так и не вернулся. Аккуратно выбравшись из салона, я закрыл за собой дверку и направился к дому.
У меня совершенно не было никакого оружия, но дом казался мирным и безопасным под вечерним солнцем. Блестел снег и узкие тропинки к подъезду. Только мусорный бар портил гармонию безмятежности, переполненный, расползшийся коробками и мешками на значительное пространство вокруг. Из разорванного пакета на его конусообразной мусорной вершине торчали осколки бутылок с остатками корабликов, маяков, якорей. Одна еще целая валялась под моими ногами. В голубой смоле застыл искусно собранный баркас. Мельком взглянув на подоконник за пыльным стеклом, я увидел, что он пуст.
Подъездная дверь оказалась открыта. Я ожидал, что вот-вот послышится голос или шаги Крайчека, но там царила тишина. Как и в квартире – я прислушался, почти вплотную подойдя к старой, обитой утеплителем двери. Затем толкнул дверь. Закрыто. Но внезапно потемнел глазок и провернулся ключ в замке. Я не успел сделать и шага назад. Придумать причину прихода я тоже не успел. Даша открыла дверь легко и спокойно, словно ждала моего прихода. Я вдруг понял, что уже начинаю называть ее Дашей, хотя на меня смотрело совершенно чужое лицо. За ее спиной виднелся оклеенный желтыми обоями коридор, в конце которого я разглядел маленькую пустую кухню. Игоря нигде не было видно.
– Пришел извиниться? – спросила Даша.
Я выглядел, наверное, довольно странно в рваной и грязной одежде, но она и взгляда не кинула на мою куртку. Даша, не отрываясь разглядывала мое лицо, словно узнавала с трудом. Она наклоняла голову то в одну, то в другую сторону и мне становилось не по себе от этого.
– Да, хочу извиниться, – сказал я, довольно фальшиво. – Прости, что пригласил на свидание и совершенно остыл к этой идее.
– А ты остыл к этой идее? В самом деле?
Она улыбнулась, но было больше похоже на плохо скрытую усмешку.
– Зайдешь?
От одной только мысли о запертой за спиной двери стало еще более жутко, но другого способы найти Крайчека я не представлял себе.
– Пожалуй, да.
За мной на два оборота закрылся замок.
– У меня тепло. Можешь снять куртку.
«У меня тепло». Я осторожно огляделся. Никаких следов ни Крайчека, ни, тем более, Игоря. Даже лужи от талого снега на полу нет. Как и одежды на пустой вешалке. Но я точно видел, как он заходил в подъезд. Если только не зашел в квартиру. Или не смог отсюда выйти.