У каждого писателя есть главная тема, главная любовь его литературной жизни. Иной раз он сразу встречает эту любовь, иной раз ищет до конца дней своих. Но не он один ищет: тема тоже словно ищет тот мозг, то сердце и ту писательскую руку, что могут воплотить с наибольшей интенсивностью и полнотой всё то, что заложено в этой теме. Встреча писателя с его главной темой никогда не бывает случайной. Испанская писательница Мария Тереса Леон с детства жила и росла в атмосфере своей главной темы. Уроженка города Бургоса, землячка Сида, племянница учёного, посвятившего эпохе Сида свои труды — Рамона Менендеса Пидаля, Мария Тереса Леон все детские и юношеские годы как бы воочию видела перед собою «Сидово время», которое бережно и немо хранили древние камни города. Это «Сидово время», как эхо первой борьбы за свободу и честь Испании, несла она в себе и позже, когда, совсем ещё молодой женщиной, но уже писательницей и уже коммунисткой, рядом со своим мужем, известным поэтом-коммунистом Рафаэлем Альберти, ездила по фронтам национально-революционной войны 1936–1939 годов вместе с «театральными дружинами», организатором которых была и благородной миссией которых было нести людям, сражающимся за родину, радость встречи с неувядающим испанским искусством, с живым родником задорной, печальной и вечной народной песни. Они недаром назывались «театральные дружины», эти маленькие отряды энтузиастов прекрасного: они и впрямь напоминали партизанские отряды, и им тоже приходилось карабкаться по неприступным горам… с боевой песней на устах…
Глава Театра искусств и пропаганды в революционном Мадриде, разделившая с Антонио Мачадо вице-президентство Национального совета театра, писательница, чей творческий путь начался книгой рассказов «Злосчастная в любви», навеянной мотивами старинных народных песен, Мария Тереса Леон всегда несла в себе традицию испанского народа, его страданий, чаяний и борьбы, традицию, сгустком которой явилась тема Сида и его эпохи. Тема эта оказалась автобиографичной для Марии Тересы Леон. На протяжении всей своей жизни писательница шла к своей главной теме. Она сроднилась с ней ещё более чем прежде, когда, покинув свою Испанию после захвата власти фашизмом, добровольной изгнанницей скиталась по разным странам — Франция, Аргентина, Италия, — неся в себе ту же правду, какой жила её героиня Химена, — неудержимую любовь к родине и страстную тоску по её свободе. Так тема Сида и Химены, тема борьбы за родину, выходила из рамок средневековой истории Испании и сливалась с современностью, с темой борьбы против фашизма. Этим объясняется неувядающая злободневность книг Марии Тересы Леон, посвящённых Сиду и его эпохе, и особая лирическая теплота, проникающая эти книги, — теплота, вызванная не только любовью к тем, далёким, героям вековой битвы за испанскую свободу, но и глубокой внутренней связью судеб. Страданья, чувства и мысли Химены, боль разлуки с родными местами, муки неизвестности, страх за будущее — всё это обретает под пером Марии Тересы Леон жгучую современность, заставляя всё время помнить о многих простых людях нашего времени, которых враждебные человеку силы заставляют вот так же страдать в разлуке, так же отчаиваться и так же надеяться — в разных странах и на разных континентах…
Таким образом, вынашивая в течение многих лет свою главную тему, Мария Тереса Леон сумела перенести далёкие образы средневековья в наши дни живыми и полнокровными, тем самым внеся свой вклад в вековую традицию неувядающей «темы Сида». Вплотную к этой теме подходила Мария Тереса дважды и посвятила ей две ярких своих книги — повесть для юношества «Сид Воитель» и повесть для взрослых «Химена». Книги эти различны как по цели и замыслу, так и по исполнению.
В первой из них писательница ставит себе нелёгкую задачу: развернуть перед подрастающим поколением, с первых классов начальной школы получившим основные исторические сведения о Сиде и о реконкисте, всю глубину, поэтичность, народность этого образа, научить читать сердцем все сокровища старинной народной поэзии, связанные с этим образом, объединить в уме и памяти юных читателей Сида исторического с Сидом поэтическим и традиционным. Задача эта требовала от автора огромной работы, исторических и филологических изысканий, а главное — трудных поисков того пути, который помог бы найти и выразить основу образа Сида — его глубокую народность. Задача эта выполнена в повести «Сид Воитель» с глубиной, простотой, поэтичностью, жизненной правдой и художественной силой обобщения. Благодаря всем этим качествам повесть для юношества перешагнула возрастной барьер и стала «книгой о Сиде» для многих поколений читателей разных стран и народов.