Никогда ещё не была Валенсия так красива и так полна жизни. Она вся развернулась зелёными побегами, цветы на клумбах цвели как-то особенно ярко, прозрачная вода струилась в ручейках и каналах, деревья раскинулись пышней, чем когда-либо, и море шумело ровно, покойно, глубоко. «Пойдём, моя Химена, посмотрим на море». Ран не видно. Чёрная туника, чёрная накидка на волосах. Правительница Валенсии спокойна. Только воспоминания жгут, бьют, рвут…
Никогда не знаешь, куда повернётся твоя душа — Химене теперь всё любо в Валенсии, всё то, что раньше отталкивало и пугало — ведь всё это оставил ей Сид. Трудный край. Не успеешь оглянуться — и нагрянут тёмные галеры из Магреба, да ещё с юга пошло в наступление андалузское войско под началом Масдали, чтоб отнять у женщины то, что не удалось отнять у мужчины — Сида Воителя, теперь покоящегося в соборе Санта-Мария. Да полно, умер ли Сид?.. Химена заказывает мессы и подписывает податные бумаги своим волевым, твёрдым почерком. Как трудно было Родриго отстоять своё королевство! Барабаны альморавидов бьют победу. Когда по утрам Химена творит молитву, она поручает себя апостолу Сантьяго, сыну грома, рубителю голов, творителю побед, скачущему по небу на белом коне. Стоя на коленях, горячо и кротко просит она святого защитить её и Валенсию. По окончании мессы Химена вся уходит в управление трудным своим именьем точно так же, как делала, когда дружину её составляли одни стада, а боевыми вождями были одни пастухи. Зреют семена, учатся бегу кони, полнится соком виноград, и девушки выходят в сады ждать, когда же по уходящей вдаль дороге придёт к ним любовь? Солнечная пора сменяется суровым ветром… Когда Химене сказали, что девочка из Леона уехала, она отозвалась: «Бедняжка! Конечно, как можно глядеть в окно и ждать того, кто больше не вернётся?» — и почувствовала тайное удовлетворение от того, что осталась единственной хозяйкой прошлого.
Химена знает, что она уже не белокура и не белолица, но ей это всё равно. Она уже не смотрится в водоёмы, а зеркало султана бросила в канал — теперь только лягушки да жабы могут созерцать отражённые в нём воспоминания. Драгоценные камни, серьги и пояса спят в огромных сундуках, как в гробницах. Глаза, прежде такие голубые, ни на что не хотят смотреть. Да они уже и потеряли свой цвет — от тайных слёз, которых никто не видит в ночной темноте. И веки над этими глазами сморщились и увяли, и угрюмая старость выела впадины в щеках, по которым, как по выжженному полю после дождя, пролегли борозды… С тех пор как Родриго оставил её, мир покинул душу Химены. Её одиночество наступательно, резко, непримиримо. Оно начинается с рассветом и не кончается на закате.
Все удивляются, глядя на Химену. Все думали, что она согнётся, сломится под бременем несчастья. Но так не случилось. Химена взяла на себя самую тяжкую задачу — выстоять. Её теперь нередко можно видеть на поле боя, воодушевляющей своим присутствием воинов, побуждая их не отдавать ни одной пяди земли из владений, оставленных в наследство Сидом. Нет, она не уступит, донья Химена Диас де Бивар. Верность и долг — вот единственное, что у неё осталось. И это единственное она не уступит. Три года длилось героическое сражение Химены за жизнь, против смерти. Ровно три года.
Однажды Химена проснулась, окружённая врагами, вплотную подступившими к стенам Валенсии, — вождь альморавидов Масдали сдержал слово, данное Юсуфу… Химена поступила так, как Сид когда-то советовал поступать сыну своему Диего, — созвала свою дружину, чтоб спросить у неё совета. Кончился путь верности и долга для Химены. Её поля горят, её вассалы обессилены, альморавиды уже поют свою победную песнь в завоёванных замках. Уже нет сил, чтоб задержать их. Рука Химены, ещё недавно указующая путь к победе, дрожит, когда она осеняет крестом вдруг погасшее лицо. Советники опустили головы. Слава растаяла как сон. Апостол Сантьяго больше не помогает Сидовой дружине. Почему король Педро, такой верный друг Сида, не приходит на помощь? Химена не знает. Она уже многого не знает. Химена не может больше удержать Валенсию. Химена хочет сдать Валенсию. Она просит дружину простить её. Она знает, какого труда, каких лишений стоила воинам защита Валенсии… Она просит прощения и совета:
— Совета прошу у вас. Хочу уйти отсюда.
(Господи, какая пустота в душе!)
— Надо просить помощи у короля Альфонсо.
Химене больно слышать эти слова.
— Если королевство в опасности, король должен его защищать.