– Скажи водителю, чтобы ехал в Следственный отдел.
– Лед тронулся, похоже? – поинтересовался Коля одними губами.
Горюнов шикнул на него, повернув к Мите улыбающееся лицо. Коля постучал в окошко кабины.
Следователь радовался так, словно выиграл на тотализаторе. Он на полном серьезе думал, что Митя сломался под грузом вины, и принялся его «дожимать», абсолютно не замечая, что угодил в молоко со своим анализом настроения задержанного. Мите это казалось забавным, и он решил подыграть, хотя и делать-то ничего было не нужно – Горюнов все делал за него.
– Мы тебе и камеру подберем поудобнее, – говорил следователь, – и с прокуратурой договоримся, чтобы отнеслись со снисхождением. Все будет замечательно, Димка. Все будет в шоколаде.
Глухое завывание за бортом заглушило шум двигателя. Автозак качнуло порывом ветра. По крыше застучали обломки сучьев.
– Гроза, что ли, идет? – глянул в окно Коля.
– Прогноз не обещал, – отозвался Горюнов, не прекращая визуального контакта с задержанным. – А даже если и дождик будет, мы ведь почти приехали. Верно, Дима?
Митя не ответил. Он смотрел через плечо Горюнова, в маленькое оконце в перегородке кабины и кузова. Сквозь него, за лобовым стеклом, виднелся освещенный фарами участок трассы впереди машины. Было видно, как из мрака вываливаются и катятся через дорогу мелкий мусор, сорванные листья, вздутые полиэтиленовые пакеты. Деревья раскачивались и хлестали воздух ветвями. Мите подумал, что с погодой все обстоит гораздо хуже, чем считал Горюнов.
Никто из едущих в автозаке не подозревал, что на западе Московской области прошел мощный атмосферный циклон с юго-востока, который принес в регион грозы и град. В западных районах Подмосковья возникали смерчи, которые ломали деревья, опрокидывали машины, уносили в небо белье и рекламные растяжки.
Но все это происходило в сотне километров отсюда. Истринского района непогода коснулась только краем. Смерчей здесь не было, хотя ветер поднялся сильный и порывистый. Именно непогода сыграла ключевую роль в возмутительном событии, которым закончилась перевозка задержанного.
Когда проезжали Новоиерусалимский монастырь, с неба хлынул мелкий косой дождик. Изношенные покрышки «уазика» заскользили по мокрому асфальту, и водителю пришлось сбросить скорость, чтобы не слететь в кювет. К счастью, до здания Следственного отдела на Первомайской улице оставалось недалеко – они уже въехали в город.
Горюнов не замечал непогоды, бушующей за стенками фургона, и без устали «обрабатывал» Савичева, повторяя про милосердие суда и тяжкий груз, от которого нужно избавиться. Митя слушал вполуха, куда больше внимания уделяя стучащей по крыше барабанной дроби – неровной, накатывающей волнами.
Наконец, машина встала, мотор затих. Лязгнул замок, и водитель-охранник, ежась под дождем, распахнул дверь. Позади серела стена административного здания. Около входа рвался с древка российский триколор.
– Давайте быстрее, – недовольно сказал водитель, – пока дождь небольшой. Да и домой хочется, наконец!
Горюнов первым вылез из «буханки». Размял шею.
– Тесноватая у вас машинка, – объявил он водителю, – в «Газели» места побольше будет.
– А вы похлопочите перед руководством, я на новую машину всегда готов пересесть.
Коля отпер решетку, за которой находился Митя, крепко взял его за плечо и потащил к выходу. Охранник-водитель освободил проем и встал около двери, придерживая бедром створку, чтобы не закрылась от толкавших ее порывов ветра. Горюнов бежал к зданию, перепрыгивая через лужи и прикрывая голову папкой. Синяя форменная рубашка на нем уже промокла.
– Давай, Дима! Поторопись! – призывал он на ходу, не оглядываясь. – А то действительно промокнешь, не дай бог. А нам с тобой еще беседовать.
– Давай, вылезай, – сказал опер Коля, который уже был снаружи и протягивал ладони, чтобы помочь Мите выбраться.
Держа скованные руки возле живота, Митя поставил одну ногу на ступеньку, другую на асфальт, после чего тут же оказался в руках опера и водителя-охранника. Они приняли его с двух сторон и собирались проводить внутрь здания, где его ожидали беседы со следователем и адвокатом, протоколы и отпечатки пальцев, экспертизы врачей и суд – суд, который закончится либо психбольницей, либо «Белым лебедем». Этот полный комплект услуг для арестованных ожидал его в свои объятия, если бы в этот ненастный вечер не случилась маленькая неожиданность.
Водитель-охранник поскользнулся на мокром асфальте. Створка двери, удерживаемая им от порывов ветра, освободилась и чувствительно ударила его ребром в бок. Зажмурившись, сдавленно промычав от боли, водитель упал на одно колено.