Чудовище перегораживало собой единственный выход со скалы. Бежать было некуда: со всех сторон лежала пропасть, огражденная хрупкими чугунными перилами.
Гости поняли, что оказались в ловушке.
Едва фараончик исчез в темноте, Митя спустился к Натали. Ее дыхание было слабым, а лоб горячим. Но она была жива.
Абрамов куда-то сбежал, прижимая платок к окровавленному лбу. Митя пытался заставить его организовать помощь раненым, но, судя по ошалелым глазам, тот явно был не в себе. Савичев отобрал у тестя мобильник – единственную полезную вещь, что можно было от него получить.
Митя нашел в списке контактов нужный номер и позвонил Леонтьеву, начальнику службы безопасности отеля. Бывший подполковник милиции оказался человеком деловым и не склонным к эмоциям. Он выслушал Митю, не перебивая. Пообещал немедленно прислать людей и вызвать «Скорую».
Закончив разговор, Митя сделал еще один звонок. Вельяминов поднял трубку после длительной паузы.
– Горюнов мне все передал, – раздался из трубки бархатный голос чиновника. – Мы уже едем.
– К сожалению, информация быстро меняется. Во-первых, их было двое…
– Что?!
– Один мертв. Но второй сейчас в отеле. И я боюсь, может произойти нечто ужасное. Он уже убил двоих охранников.
– Черт! Где он сейчас?
Митя скользнул взглядом по темному берегу. Задержался на цирке света за деревьями.
– Похоже, ваш зверек тоже хочет увидеть шоу.
– На декоративной скале? Мы скоро будем. Больше не звони на этот номер.
Митя выбросил мобильник, опустился на колени около Натали. Снял прилипшую прядь с бледного осунувшегося лица. Теперь оставалось только ждать, от него больше ничего не зависело.
Когда гости поняли, что оказались в ловушке, они потеряли головы. Они метались между столами, натыкались на стулья и друг на друга. У некоторых истеричная реакция выражалась в том, что они громко возмущались и требовали вызвать организаторов шоу. Никто не знал, что делать в этой ситуации. Никто не знал, как спастись.
Телохранитель чиновника с юга оказался вооружен и открыл огонь, надеясь отогнать чудовище от лестницы, чтобы вывести своего покровителя из кровавого ада. В людском гвалте прогрохотала серия беспорядочных выстрелов. Часть пуль ушла в небо, одна свалила девицу в шелковом платье (она упала на ковровое покрытие, держась за окровавленное бедро). Фараончику куски свинца впились в плечо и лопатку, не причинив особого вреда, но вызвав боль, от которой чудовище разъярилось еще больше. Истринский дьявол метнулся к стрелку и отгрыз ему руки вместе с оружием.
После этого, опьяненный кровью, он ринулся в толпу, убивая направо и налево. Он прыгал на людей, толкал в спины, сбивал ударами хвоста, рвал шеи и глотки, вспарывал животы, выпуская кольца кишок. Его сокрушительные удары несли ужас и смерть. По полу в лужах крови катались бутылки шампанского, откушенные пальцы, бусины разорванных жемчужных ожерелий. Белужья икра и пармская ветчина липли к подошвам.
Аркадий, оказавшись в эпицентре заварухи, тысячу раз проклявший себя за то, что вовремя не уехал из отеля, решил все-таки пробиться к лестнице. Он подобрал с пола плачущую танцовщицу из шоу-балета и уверил ее, что поможет выбраться, хотя на самом деле собирался использовать как живой щит.
Дождавшись, когда монстр отвлечется на очередную жертву, Аркадий кинулся в образовавшееся окно между перилами и крокодильим хвостом, таща танцовщицу за собой. Они преодолели половину пути, когда монстр неожиданно развернулся на 180 градусов. Аркадий выпустил тонкую руку девушки, оставляя ее наедине с ужасной тварью, и совершил последний стремительный рывок к проему выхода. Что стало со спутницей – он не разглядел, да и не очень стремился. Главное, что чудовище его не догнало. Аркадий ощутил торжество. Из всех людей на площадке он оказался самым проворным. Впрочем, как и всегда…
У вершины лестницы он поскользнулся на лужице крови. Мраморные ступени прыгнули ему в лицо, и от первого же удара Аркадий получил сложный перелом шейных позвонков, навсегда усадивший красавчика-плейбоя в инвалидную коляску. Он катился по ступеням до самого низа, получив еще множество травм, из-за которых следующие полгода провалялся в больнице. Волны и серфинг навсегда остались для него в прошлом.
А бойня на площадке не утихала. Фараончик убивал без устали, раз за разом нанося сокрушительные удары. Гости отеля, вне себя от ужаса, шарахались от взбесившегося чудовища. Толпа теснилась к краю площадки, за которой был обрыв. В давке некоторых затоптали, некоторых раздавили о перила, кто-то вылез за ограждение и повис на руках над пропастью.