– Ты его видел, дед? – поддержал вопрос Леонидыч.
– Видел ли я? – взревел Матвей, покачнувшись на колченогом табурете. – Как тебя сейчас!
– И где?
Матвей вздохнул в голос.
– Неспроста он явился. Знать, время пришло. Только Господь решает…
– Дед, ты о чем?
– …когда кару насылать. – Он безнадежно махнул в сторону Леонидыча скрюченной рукой. – Не веруешь, тебе не понять. Когда грехи у людей свыше меры, он выпускает гнев…
Привстав из-за стола, он повернулся к иконе и размашисто перекрестился:
– Прости меня, Господи! Прости за все грехи мои!
– Где ты видел чудище? – продолжал Леонидыч, раздраженный, что дед все время отвлекается.
– В заводи. – Матвей вернулся на табурет, пыхнул папиросой. – Около «Восхода». С удочкой сидел поутру. Не клевало ни хера… Туман, но берег видать. Слышу – у ивняка плеск. Громко, как веслом по воде. Гляжу туда – а из воды человек высунулся…
– Человек! – поразился Митя.
– Человек? – не поверил Леонидыч.
Дед высокомерно хмыкнул.
– Вот именно. ЧЕ-ЛО-ВЕК! Ручищи огромные. Голова волосами залеплена. Ну, думаю, купается поутру, спорхмен… – Дед пытливо оглядел лица слушателей и эффектно произнес: – Поворачивается – а на спине плавник!
На секунду горницу окутало изумленное молчание.
– И что дальше? – спросил Леонидыч хмуро.
– Дальше-то? Напужался я до усрачки. Сразу понял, хто такой. Ну, думаю, конец мне. Увидит – под воду утащит. Здоровенный черт… Я, значит, за весло. Думаю, подплывет ближе – по башке огрею. Хотя что ему весло! Не проймет. Но ничего другого под руками не было… Стою, значит, жду. Поджилки трясутся. А он – плюх! – и под воду ушел. Только фыркнул напоследок да хвостом по воде опять… Меня, слава те господи, не заметил. Иначе бы к моей старухе на тот свет отправил на свиданьице.
Дед Матвей налил себе и быстро выпил. Леонидыч с сомнением посмотрел на Митю.
– Кто же он такой? – спросил инспектор.
– Фараончик, – объяснил старик, выдыхая алкогольные пары. – Фараончик его звать. Нечистый дух. Человек и рыба – пополам.
– Как русалка, что ль?
Матвей будто не услышал реплики.
– Я от своего деда слыхал, еще до войны, а тот от своего. Рассказ про них. – Старик заговорил одержимо, недобро сверкая глазами из-под кустистых бровей. – В Библии что написано? Когда Моисей с евреями из Египта шел, встало перед ним море. Что делать? Сзади фараон с войском. Нагонит – всех в клочья порубит. Беда! Увидел это Господь и раздвинул воды, чтобы евреи, значит, перешли на другой берег, а над войском фараона воды-то сомкнул. Потонули все – люди, кони, колесницы. Все до единого, все войско… Утопленникам энтим Господь упокоиться не дал. За то, что евреев мучили, в наказанье сделал страшными: голова у них человечья, а тулово рыбье. Руки сделал, как грабли. Голос оставил – глухой, как из бочки…
Мите живо вспомнились рассказы о голосе в прибрежных кустах. Страх пронизал его до костей.
– Фараоновы слуги они, потому и названы – фараончиками, – хрипел дед Матвей. – Положил им Господь обитать в энтом виде до светопреставленья. Вот и рассеялись по миру, ждать своей участи. Попрятались – кто в озеро, кто в реку. Живут в пещере на дне, а питаются людьми. Хватают и тащат себе в логово. Любят они человечину. Для них это как для нас огурчиком солененьким похрустеть. Раньше как говорили, если пошел человек на реку и не вернулся? А, как? Фараончик забрал, во!
– Фараончик, значит, – скептически произнес Леонидыч, разглядывая в просвет мутный стакан.
Матвей хрипло перевел дух.
– Я все думаю, зачем он сейчас-то вылез. Дед говорил, сто лет не являлся, а тут на тебе. Есть одна мысля. Раньше народ божьего гнева боялся, стерегся. А сейчас забыли страх, грешат напропалую. Вот и кара пришла. Потому что сказано к римлянам: возмездие за грех – смерть!
И дед решительно грохнул кулаком по столу. Леонидыч недовольно скривился, но промолчал.
– Скажите, – спросил Митя, – можно его убить?
– Фараончика? Убить? – Матвей агрессивно надвинулся на биолога. – Попробуй. Нет, ты попробуй! А я на тебя посмотрю. Умом он хитрый, как человек, а телом верткий, как рыба. – Он вытянул костлявую руку и больно ущипнул Митю за плечо. – У тебя вот кожа, а у него броня! А силища-то – не ровня твоей!.. Только ты его сначала найди. Ни за что не найдешь. Водного духа захотел найти, видал! Он тебя первый найдет. И всех вас сожрет, всех!!.
Леонидыч с шумным выдохом поднялся из-за стола.
– Пора нам, дед. Спасибо за угощение. Бутылку себе оставь, не пропадет, думаю. Пошли, Димка.
Захмелевший Митя не сразу услышал Леонидыча. Перед глазами ожили картинки из далекого детства…