— Это Вик! — мягкое человеческое выражение, посетившее ее лицо несколько минут назад и сделавшее его на удивление прекрасным, мгновенно испарилось. Перед Заславским вновь стояла сильная молодая женщина, и ему оставалось только удивляться, откуда в этом хрупком теле столько сил и энергии. — Антон поднял мятеж, его боевики атаковали людей Пьера. Если не вмешаться сейчас, завтра расстановка сил в городе может измениться кардинально! Я сейчас иду в оружейную. Если хочешь, переночуй в конторе, это, пожалуй, самое безопасное место в городе грядущей ночью.
— Вик бросает тебя в эту мясорубку?! — не поверил своим ушам Максим.
Он уже как-то смирился, что его наниматель расчетливый и циничный трехсотлетний колдун, но даже недавно открывшиеся подробности не смогли убедить Заславского, что он способен так легко жертвовать людьми из своего ближайшего окружения.
Ведьмачка загадочно улыбнулась и внимательно посмотрела в глаза своему начальнику:
— Он велел мне уезжать подальше из города на пару дней, пока все не уляжется…
Помимо своей воли Максим расплылся в улыбке, которую сторонний наблюдатель мог бы окрестить не иначе, как "гримаса сытого людоеда". За краткое мгновение он проникся глубочайшим уважением к этой девушке, не пасующей ни перед какими трудностями и гордо глядящей в лицо смертельной опасности.
— Я уже много дней хочу как следует врезать этому зарвавшемуся кровососу, — он решительно шагнул навстречу Ольге. — В ваших запасниках найдется что-нибудь мне по руке?
— Попробуем, что-то подобрать, — она улыбнулась, и Максиму показалось, что ведьмачка испытала несказанное облегчение. Умирать вдвоем всегда веселее, чем в одиночку.
Они уже стояли на пороге кабинета, когда Ольга коротко вскрикнула и начала медленно оседать на пол. Максим едва успел подхватить ее и с тревогой заглянул в закатившиеся глаза напарницы.
— Что случилось? Позвать доктора?
— Это Карловича, что ли? — с трудом выдохнула девушка. — Я еще жива, если ты не заметил!
— И, очевидно будешь жить, если не утратила способность острить, — Заславский немного успокоился и, подхватив ведьмачку на руки, аккуратно устроил ее в кресло. — Что произошло?
— Выброс силы, — Баташова немного восстановила дыхание и часто хлопала глазами, будто ее только что огрели по голове чем-то тяжелым. — В несколько раз мощнее, чем после темного ритуала!
— Антон пустил в ход тяжелую артиллерию? — предположил Максим, готовясь к худшему.
— Не знаю, — слабо пожала плечами Ольга. — Судя по ощущениям, это снова был какой-то ритуал и опять с жертвоприношением.
— Думаешь Варвара? — догадался бывший оперативник. — Но на чьей стороне в этой заварухе выступает ведьма?
— У нас как всегда куча интересных вопросов и не одного мало-мальски приемлемого ответа, — скривилась Баташова. — Дай мне пару минут, чтобы прийти в себя и поедем.
— Ты уверена, что это хорошая идея? — Максим не особенно надеялся в чем-то переубедить сидящую перед ним девушку, но совесть настойчиво требовала, чтобы он хотя бы попытался.
— Я в норме, — отрезала она. — Это, как будто после темной комнаты направили в глаза прожектор. Неприятно и очень болезненно, но через несколько минут остаются только воспоминания.
Когда Баташова сообщила водителю о цели их поездки, он решительно повернулся к своему штатному начальнику:
— Максим Сергеевич! Остановите эту женщину! Это сущее безумие! Объясните ей, что героическая смерть ничуть не приятнее любой другой и на конечный результат это никак не влияет!
— Межу прочим, я все слышу, — оторопела от такой наглости ведьмачка.
— Сережа, — мягко улыбнулся водителю Заславский. — Отвези нас на место, а потом езжай куда-нибудь, где потише и поспокойнее. Назад мы сами доберемся.
На самом деле он совершенно не был уверен, что обратная дорога у них с Ольгой будет, но думать об этом как-то не хотелось.
— Но кому будет лучше, если вы заявитесь туда и умрете?! — не оставлял попыток Сергей. — К тому, же Вик просил присматривать за вами и оторвет мне голову, если узнает, куда я вас возил!
— Ну мы же ему не скажем, — Максим заговорщически переглянулся со своей напарницей. — Впрочем, в твоих словах есть определенный смысл. Ты совершенно не обязан лезть в самое пекло из-за чьей-то прихоти. Выходи! Я поведу.
— Мне только не хватало, чтобы вы машину разбили! — проворчал шофер, заводя двигатель. — Учтите, когда мне под ногти станут загонять раскаленные иглы, я честно сознаюсь, что вы меня принудили!
"Жестокие начальники" снова переглянулись, довольные результатом.