– Убийца Лахлана должен быть приговорен к смерти, в этом нет сомнений, – упрямо пробурчал Афанасий. – Но виновность Фергюса еще надо доказать. Я настаиваю на этом.
Однако его никто не поддержал. У каждого, кто промолчал, были на то свои причины.
– Эльф Фергюс должен быть найден, схвачен и казнен, – провозгласил Джеррик. – Grata, rata et accepta. Это угодно, законно и приемлемо. Dixi!
Это короткое слово значило, что приговор вынесен, и обсуждать его никто уже не имеет права под страхом жестокого наказания.
Глава 12
Комната наполнилась большими ярко-оранжевыми бабочками. Они трепетали крыльями, по краю которых шла черная кайма с белыми пятнами, а затем исчезли. И Фергюс уже не удивился, увидев Евгению. Он был рад ей, но не осмеливался приблизиться, чтобы она не исчезла.
– Здравствуй, Женя, – сказал он. – Я ждал тебя.
– Здравствуй, Фергюс, – ответила она. И улыбнулась. Но ее улыбка была печальной. – Я пришла, чтобы сказать тебе – забудь о мести.
– Почему, Женя? – удивился он.
– Этим ты не воскресишь ни меня, ни моего сына. И разве, отомстив, ты сможешь нас забыть?
– Конечно, нет.
– Тогда зачем?
Фергюс задумался. Но так и не нашел ответа.
– Я не знаю,– честно сказал он. – Но твои убийцы должны быть наказаны.
– В бумагу огонь не завернешь, Фергюс, – голос Евгении стал слабеть, словно она отдалялась в пространстве. – Жаждая мести, ты губишь собственную душу. И заставляешь страдать мою. Прости их, как простила я.
– Я не могу, Женя, – Фергюс сделал шаг по направлению к ней. – Только не уходи! Мне надо тебе так много сказать…
Но ее уже не было. Большая ярко-оранжевая североамериканская бабочка вылетела в распахнувшееся от порыва ветра окно и пропала в туманной дымке предрассветного неба.
Фергюс знал, что это сновидение. Но даже во сне он почувствовал такую печаль, что не удержался и заплакал…
Когда Фергюс проснулся, его подушка была неприятно-влажной от слез. Но он не помнил, из-за чего плакал во сне. Сновидение, в котором к нему приходила Евгения, было забыто. Быть может, потому что он хотел забыть о нем. Фергюс собирался отомстить за смерть Евгении и Альберта, и ничто не могло заставить его отказаться от этого намерения. Он не был бы эльфом, если бы отказался от мщения.
Он встал, открыл окно, из которого был виден заросший невысокими деревьями холм. Птицы еще спали, и только ветер шумел листвой, наигрывая грустную мелодию. Негромко ухнул филин. Потом еще дважды. Фергюс был уверен, что филины на острове не водятся. Но ошибиться он не мог. Эльф прислушался. И узнал знакомые интонации. Быстро оделся и вышел из дома. Когда он открывал калитку в воротах, от деревьев, окружающих ограду, отделилась невысокая плотная фигура и приблизилась к нему. Это был леший Афанасий. Вопреки обыкновению он не улыбался и выглядел встревоженным.
– Доброе утро, Афанасий, – приветствовал его эльф. – Что тебе не спится в такую рань?
Он не спросил, как леший здесь оказался и откуда узнал, где его, Фергюса, можно найти. Фергюс никогда не вдавался в ненужные подробности.
– Не до сна, Фергюс, – ответил леший тоном, который свидетельствовал о крайней степени его озабоченности. – Такие новости, что впору мучиться бессонницей. Особенно тебе.
– Терракотовая армия? – предположил Фергюс первое, что пришло ему на ум. – Туди Вейж все-таки начал войну с Советом тринадцати?
– Если бы, – хмыкнул леший. – Тогда ты мог бы не опасаться Совета тринадцати.
– А почему я должен его опасаться? – удивился Фергюс. – Мне казалось, что после гибели эльбста Роналда Совету нет дела до меня.
– Так и было до вчерашнего дня.
– А что случилось вчера? – насторожился Фергюс.
– Убили эльфа Лахлана. В Париже, ночью. Как видно, ему тоже не спалось.
Они помолчали. Леший искоса посматривал на Фергюса. Тот был явно удивлен, но и только.
– Кто убил? – спросил Фергюс.
– Говорят, что ты.
– Глупая шутка, – сказал Фергюс, хмуро взглянув на лешего.
– Джеррик так не думает, – ответил тот. – И ему удалось убедить в твоей виновности остальных членов Совета тринадцати. Ты вне закона, Фергюс. Подписан приказ задержать тебя и казнить. Из-за твоей дурной привычки рубить головы направо и налево самурайским мечом. Помнишь Грайогэйра?
– Да, – буркнул эльф.
– Лахлан убит точно так же. Рядом с его обезглавленным телом нашли самурайский меч. Естественно, что подозрения пали на тебя.
– Меня приговорили без суда и следствия? – удивился Фергюс. – Даже не выслушав?
– Такие теперь у нас времена, – ответил леший. – Всем заправляет Джеррик. Помнишь, мы с Вейжем говорили тебе, что кобольд безумен. Ты нам не поверил.