Глава 20
Апудо была рада видеть сестру и ее мужа. Но присутствие Фергюса и мальчика ее явно стесняло. Эльф заметил это и сказал:
– Апуго, не беспокойся, я пришел с добром. У меня нет худых мыслей.
– Это друг Всемогущего, – тихо сказала Абангу на ухо сестре, обнимая ее. – Мальчик его внук. Прими их как почетных гостей ради меня и Абрафо.
– Конечно, родная, – так же тихо ответила Апудо. И сказала, обращаясь к Альфу: – Ты, наверное, изнемогаешь от жажды? Не откажешься выпить освежающий сок масляничного дерева?
– Спасибо, – вежливо ответил мальчик. – С удовольствием.
– А ты? – спросила она Фергюса.
Эльф молча кивнул.
Апудо зашла в хижину и вернулась с двумя глиняными кувшинами. Напиток в одном из них был желтоватого цвета, этот кувшин она протянула Альфу. Кувшин с другой жидкостью, с зеленоватым отливом, она подала Фергюсу.
– Сладкий сок для мальчика, и более крепкий напиток – для тебя, чужеземец. Пусть никто не скажет, что Апудо забыла закон гостеприимства, который нам завещали наши предки.
Фергюс осторожно пригубил из кувшина. Это было что-то вроде домашней настойки, приготовленной путем сбраживания сока масляничного дерева. А сок получали, делая надрезы на черешках соцветий этого дерева. Эльф раньше слышал о таком способе африканского виноделия, но пробовать ему местное самодельное вино еще не приходилось.
– Очень приятный вкус, – сказал он. – Давно не пил ничего вкуснее.
Это понравилось Апудо. Ее лицо расцело улыбкой.
– А разве твой муж не присоединится к нам, Апудо? – с деланным удивлением спросил Фергюс. – Там, откуда я приехал, такие напитки гостю принято пить с хозяином дома.
– Ннамди мне не муж, – смущенно ответила Апудо. Она не знала, что рассказала о ней сестра, и чувствовала себя неловко. – И его нет дома. В саванне начали цвести баобабы. Ннамди пошел собрать листья и побеги. Когда он вернется, я смогу угостить вас салатом из молодых листьев. Или отварить побеги баобаба.
– Не муж? – нарочито поразился Фергюс. – Прошу меня извинить, Апудо, за мою бестактность. Значит, я неверно понял Абангу. Она сказала, что вы любите друг друга.
– Так оно и есть, – с достоинством ответила Апудо. – И он бы взял меня в жены, если бы…
Она замолчала.
– Если бы что? – настойчиво спросил Фергюс.
– Если бы Всемогущий не был против этого, – опустив голову, сказала Апудо. – Тогда бы и моя семья дала согласие. А Ннамди сирота. Он решает все сам за себя.
– Повелитель Джелани не соглашается на ваш брак, потому что Ннамди – из народа батва?
– Ты все знаешь, чужеземец, – ответила Апудо. – Зачем же мучаешь меня своими расспросами?
– Потому что я хочу помочь тебе, Апудо, – сказал Фергюс. – Джелани – мой друг. Он не откажет мне, если я попрошу его дать согласие на твой брак с Ннамди.
– Ты говоришь правду? – лицо Апудо вспыхнуло румянцем надежды. Она посмотрела на сестру.
– Он говорит правду, Апудо, – кивнула Абангу. – Всемогущий ни в чем ему не откажет. Наш народ в большом долгу перед этим чужеземцем.
Огромная жирная грудь Апудо всколыхнулась от прилива чувств.
– Тогда я немедленно позову Ннамди, – заявила она. – А вы подождите меня здесь.
– А далеко ты собираешься идти? – спросил Фергюс. – Может быть, нам пойти с тобой?
– Это ни к чему, – ответила Апудо. – Сейчас он сам явится.
Она взяла большую толстую палку и несколько раз ударила по дереву, растущему неподалеку. Стук был едва различим среди других шумов тропического леса. Фергюс мог бы поклясться, что его не было слышно уже за десять шагов. Однако через несколько минут заросли раздвинулись и из густых кустов к хижине вышел низкорослый худощавый пигмей. У него была светло-коричневая кожа и тёмные курчавые волосы. За его спиной находилась огромная, плетеная из веток, корзина, наполненная листьями баобаба. Он был почти одного роста с Альфом и едва достигал Апудо до груди. Она могла бы поднять его на руки, но вместо этого наклонилась и ласково поцеловала.
– А вот и мой Ннамди, – сказала она. – Дорогой, у нас гости! Они пришли с добрыми вестями.
Ннамди улыбнулся ей. Но улыбка пропала, как только он повернулся к гостям.
– Я вижу, Ападу, ты уже угостила гостей, – сказал он неожиданно звучным для его крошечного роста голосом. – Надеюсь, ты никого не обидела невниманием?
– Почему ты так говоришь, Ннамди? – с тревогой спросила Ападу, услышав в его голосе нотки вызова.
– Потому что муж твоей сестры, Абрафо, не пьет, – ответил пигмей. – Подай еще один кувшин, Ападу. Поднеси ему.