– Ладно, ладно, Фергюс, – почти закричал Джеррик. – Ты прав. Я оформлю дарственную на остров Эйлин Мор немедленно. И, может быть, мне еще удастся немного поспать до утра, после того, как ты уберешься из моей комнаты.
– Здравая мысль, – улыбнулся Фергюс. – Зови Вигмана.
Войдя в комнату и увидев Фергюса, который с невозмутимым видом сидел в кресле напротив Джеррика, гном настолько растерялся, что даже потерял дар речи. Он что-то промычал и с тупым удивлением уставился на кобольда.
– Отомри, Вигман, – поморщился Джеррик. – Ты похож сейчас на одного из каменных болванов с острова Пасхи.
– Приветствую тебя, Вигман, – произнес Фергюс.
– Что ты здесь делаешь, Фергюс? – пробормотал гном.
– Мой друг Джеррик от имени и по поручению Совета тринадцати хочет подарить мне остров Эйлин Мор, – весело ответил Фергюс. – И мы решили не дожидаться утра, а оформить договор дарения немедленно. Ты должен нам помочь в этом. Я не знаю никого, кто лучше тебя мог бы соблюсти необходимые юридические формальности, учитывая ситуацию.
Вигман вопросительно посмотрел на кобольда. Тот нетерпеливо махнул крошечной ручкой.
– Поторопись, Вигман, – пропищал кобольд. – Я смертельно устал. И готов отдать за возможность заснуть не только никому не нужный остров, а даже твою жизнь, которую так ценю.
Вигман поспешил убраться из комнаты. Вернулся он очень быстро. В руках у него был большой лист гербовой бумаги с водяными знаками и печатью Совета ХIII. Он хотел подать его Джеррику, но Фергюс ловко перехватил у него этот лист и быстро пробежал глазами текст. Удовлетворенно хмыкнул и уже сам отдал кобольду. Тот тоже прочитал текст, но намного медленнее и часто вздыхая. После чего, взяв перо, размашисто подписал. И передал дарственную эльфу.
– Ты доволен, Фергюс? – спросил он.
– Почти, – ответил тот, пряча документ. – Ты забыл кое о чем еще.
– О чем же?
– О том, что обещал снять с меня обвинение в убийстве Грайогэйра и Лахлана. Иначе как я могу владеть своим островом, не рискуя быть казненным по приговору Совета тринадцати за убийство этих духов?
– А как ты сам оправдаешь убийство Грайогэйра? – устало спросил Джеррик.
– Это была самозащита, – ответил Фергюс. – Ведь это ты послал Грайогэйра с приказом доставить меня живого или мертвого. И гном слишком рьяно принялся его исполнять. Я защищался. Мы дрались. Мог погибнуть я. Но погиб он. По древнему закону духов природы я невиновен в его смерти.
– Это так, – закивал Вигман. – Но ты должен выплатить компенсацию семье Грайогэйра. Так гласит закон.
– Любую, – согласился Фергюс. – Назови мне сумму и счет, на который я буду должен перевести деньги. И будем считать, что эта проблема улажена.
Они посмотрели на Джеррика. Тот подумал и согласно кивнул.
– Но Лахлан…, – робко произнес Вигман. – Фергюс, это тоже была самозащита?
– Это не я, – сказал эльф. – И ты, Джеррик, это знаешь.
– Но кто? – с недоумением посмотрел на кобольда Вигман.
– Лахлана убила его жена, Алва, – неохотно сказал Джеррик. – Ей помогал рарог Филипп, незаконнорожденный сын Мичуры. Фергюс не имеет к убийству Лахлана никакого отношения.
– Но этого признания мало, – спокойно сказал Фергюс. – Убийцы Лахлана должны быть наказаны. Этого требует наш древний закон.
– Ты хочешь, чтобы их казнили? – спросил Джеррик. Он выглядел усталым и опустошенным. Казалось, что ему уже все безразлично.
– Меня устроит пожизненное заключение,– ответил, подумав, Фергюс.
– И где, а, главное, за чей счет их будут содержать? – обеспокоенно спросил Вигман.
– Мне известно, что в здании посольства государства Эльфландия, правопреемником которого я становлюсь по подписанной тобой, Джеррик, дарственной, есть тюрьма. Она пустует сейчас. Я думаю, что могу предоставить в ней Совету тринадцати две камеры для уголовных преступников, зверски обезглавивших одного из самых уважаемых членов Совета. До суда, который, я уверен, когда-нибудь вынесет им приговор. Но с этим можно и не спешить.
– Я не возражаю, – сказал Джеррик. – Вигман, не забудь включить этот пункт в повестку очередного заседания Совета тринадцати.
– Я не забуду, – пообещал Вигман. Он с удивлением смотрел на то, как легко Фергюс получал все, что хотел, от кобольда. И не мог понять, как эльфу это удается. Но его собственный страх перед Джерриком стремительно таял. Если бы гному сейчас предоставили такую возможность, он открыто перешел бы на сторону эльфа. Но Вигман ничем не выдал эти крамольные мысли. Он не любил рисковать, совершая поспешные поступки.