— Здесь я покидаю вас. — заявил тогда Иншерис — выполните своё предназначение.
Тгарнт не успел разобраться в тонкостях местной жизни. Их группа была последней. Ему выдали копьё, старый нагрудник и шлем, когда узнали что он непробуждённый и отправили в группу таких же как он. Встреча переросла в драку, и быстро определился его ранг — довольно неплохой. Неплохой для "личинок".
Еды не было. В соседней группе был лучник и он успел подбить чёрный саван, который растерзали и съели сырым. Охотники не делились едой ни с кем, а отобрать её у них не получилось. Пробуждённые демоны сидели вдали и, полузакрыв глаза, дышали Миазмой. Тгарнт лёг спать голодным. Ему и другим личинкам требовался сон.
Он проснулся рано утром, и по привычке приготовился к засаде на Наставника, но потом вспомнил, где он. В животе урчало. Он не смог найти времени на еду и охоту — их построили, а потом из потёртого фургона стали раздавать непривычные наплечные мешки. Его мешок пульсировал и как будто бы пытался вдохнуть в себя Миазму. От него тянулась длинная трубка, кончавшаяся раструбом с кое-как прикреплёнными к нему ремнями. Им сказали прикрепить раструб на лицо, когда Миазма начнёт редеть.
Он удивился. Редеть? Миазма может редеть?
Потом они отправились в поход, что длился несколько дней. По-прежнему было мало еды, но несколько раз они смогли выделить время для охоты. Голодный и беспокойный Тгарнт шёл днём, торопливо пытался поймать что-то съедобное вечером, и чутко спал ночью. Пробуждённые демоны игнорировали "личинок" — все, кроме того, который командовал ими. Он ограничивался лишь короткими командами и думал о чём-то своём.
Тгарнт заметил, что небо меняет цвет в направлении их движения. Оно больше не было привычного фиолетового цвета, а окрашивалось чуждым, холодным синим оттенком. Солнце, проходя по синеватой стороне приобретало непривычный желтоватый цвет. Через несколько дней после начала похода, они остановились. Раздалась непривычная команда: "надеть мешки". Тгарнт нацепил себе мешок на спину, надел раструб на лицо, и тот вцепился, присосался к нему. Потом по трубке к нему пошла Миазма — дымкой, слабым и недостаточным потоком.
В старом шлеме, с закрытым раструбом лицом он посмотрел вперёд, и увидел цель их похода. Впереди, перед ними сияло синее небо. Они стояли у незримой границы. Привычная дымка Миазмы упиралась в неё, отбегала назад, и не хотела её пересекать. За границей Миазмы не было.
— Ускорить шаг! — отдал команду кто-то впереди. Эхом команду повторили командиры.
Слабые подчиняются сильным. Демоны, что командовали ими, всё равно были сильны, и за время путешествия иерархия не изменилась. Многотысячная армия демонов перешагнула невидимую границу, и ускоряя шаг, направилась к человеческим землям. Где-то там, вдали, должна был быть человеческая крепость. Привычная Миазма исчезла. В лёгкие Тгарнта поступала лишь крошечная часть привычного потока — через раструб, из мешка на его спене.
Глава 53
Демоны стояли на холме, армия из нескольких тысяч "неудачников". Они смотрели на свою цель. Людская крепость маячила вдали — уродливая, неказистая, неухоженная. Даже издали можно было легко разглядеть выбоины на её стенах, отломанные зубцы её башен. Тгарнт вспомнил свою крепость, из которой его отправили сюда — её чёрные стены, истёршуюся облицовку. Тот чёрный бастион, потрёпанный боями с местным зверьём, грозно возвышался над землёй. Он не сразу вспомнил название крепости — Таальшазерк. По сравнению с Таальшазерк, творение людей выглядело нелепой кучей камней, скреплённых грязью. Это действительно их испытание? Испытание, с которого уже много лет никто не возвращался?
Тгарнт закрутил головой по сторонам, и увидел их предводителя вдали. Высокий и сильный демон, которого тоже, почему-то, признали "бесполезным мусором". Он возвышался на добрый метр над стоявшими рядом с ним. Его грива развевалась на ветру, поблёскивали его загнутые назад рога, красными глазами он смотрел вперёд, на цель. Генерал, так назвал его про себя Тгарнт, ведь "Генерал" не утруждал себя разговорами с "личинками" и не называл своё имя. Генерал хмурился и, похоже, скалился. Он поднял огромную когтистую лапу, и поправил закрывавшую его лицо маску. Его бурдюк с Миазмой был особенно большим.
Они стояли на холме, между ними и крепостью людей простиралась равнина. Без единого укрытия, рва, реки. Здесь не росла странная людская трава зелёного цвета, и равнина не была ровной. Каждый дворфский квадратный метр покрывали выбоины, рытвины, ямы. Тгарнт вспомнил, как Альзаммос щёлкает пальцами, как взрывается земля от его магии, остающийся потом след. "Равнина" перед ним выглядела так, как будто Альзаммос методично взрывал каждый клочок земли, несколько сотен лет, без остановки.