Гнев затмевал его разум в те минуты. Гнев и возмущение, основанные на понимании — демоны вряд ли сдержат свое обещание. А нанеся первый удар, душа Брай уже не будет ей принадлежать, а после тринадцатого, она перевоплотится и скорей всего сама убьёт опекуна.
Он пошевелил руками, стараясь лишний раз не дёргать цепь и не привлекать к себе внимание надсмотрщика. Может, удастся освободиться? Терять ему было уже нечего.
Он почти справился с этой задачей, когда в дверях появилась Леонора. Двое демонов подвели Королеву к алтарю и, уложив, привязали её тело двумя широкими ремнями.
Выдержав театральную паузу, Наберий повернулся к своим людям и заговорил:
— Сегодня великий день! Сегодня Орден Света перестанет существовать! Благодаря моей дочери Королева гаргулий будет принесена в жертву, — мужчина поднял кинжал, демонстрируя его толпе. — Тейвел**! Он прольёт кровь во славу Сатаны и поможет нам освободить нашу армию.
Гидеон замер. Он всегда думал, что этот кинжал не более, чем легенда, выдуманная для устрашения, но в руках Властителя Тьмы поблескивал совершенно реальный клинок, рукоятку которого украшали огромные рубины.
По приданиям Тейвел выковали из тридцати серебреников Иуды Искариота**, а Дьявол наделил его силой, способной резать любое «вещество»****.
Страшное оружие, олицетворяющее собой предательство и смерть.
Гидеон нашёл глазами Тома, на старика страшно было смотреть. Мертвенная бледность окрасила его лицо в пепельно-серый.
А тем временем принц Тьмы уже вкладывал клинок в руки своей дочери. Тонкие пальчики сомкнулись на рукоятке, и алые камни заискрились в магическом мерцании свечей словно капли крови.
Брай без раздумий, уверенно подошла к столу и, наклонив голову к плечу, повернулась в его сторону.
Закалённое в боях тело среагировало быстрее, чем измученный разум осознал происходящее. Гидеон со всей силы рванул путы на руках, освобождаясь, и на лету поймал брошенный ему кинжал, которым за секунду до этого девчонка перерезала оковы, удерживающие Леонору.
С лету вонзил его в горло рядом стоящего демона и, пока остальные приходили в себя от шока, успел отправить в преисподнюю ещё двоих. «Обернулся», имея возможность помогать себе ещё и крыльями — против такой армии даже мифического кинжала и подобранного с пола сая***** было маловато.
Пришедшие в себя демоны кинулись к нему тёмной безобразной массой. Он разметал их, взмывая вверх, разрывая когтями оказавшихся поблизости демонов, снёс крыльями люстру, создавая внизу водоворот из огненных тел. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы оказаться возле своих, закрывая их спиной. Королева тоже обернулась, вставая рядом, воин протянул ей сай — хоть какая-то возможность защищаться.
— Не лезьте на рожон!
Наберий и Виоллет кинулись прочь под прикрытием Аедана и других. Конечно, говорить речи Принц Тьмы умел, но предпочитал, чтобы за него умирали другие.
Демоны обступили их полукругом, загоняя в угол.
Сколько он сможет их защищать перед тем, как вознесётся?
Он никогда не боялся смерти, считая честью — погибнуть во славу Господа, но сейчас ему безумно хотелось жить.
Встретить рассвет на башне Собора, смотреть, как лучи солнца озаряют извилистую ленту Сены и крыши домов, вдыхать полной грудью сочный воздух города, где смешались запахи свежей выпечки, асфальта и каштанов, наблюдать, как стаи голубей взмывают ввысь с площади Нотр-Дам, и упоительно целовать эту ненормальную девчонку, любуясь, как солнечный свет играет в её волосах.
Его невозможная, неосуществимая мечта.
За которую можно и умереть.
Гидеон перехватил кинжал поудобней и, улыбнувшись, кинулся в бой.
Грохот стекла, раздавшийся рядом, заставил прикрыться, защищая глаза. Следом его ослепило яркой вспышкой, подкравшийся за спину демон пал, проколотый мечом Офира. На площадку перед поместьем прибывали всё новые и новые Воины Света.
***
Наблюдать за сражением из укрытия было не удобно и очень страшно. Грохот оружия, рык гаргулий и жуткий вой демонов сотрясали помещение. От огненных и голубых вспышек рябило в глазах, хотелось оказаться как можно дальше отсюда, но увы… Брай не жаловалась, она чудом дважды избежала смерти, пока добралась до этого укрытия.
Все получилось так, как она и задумывала, гаргульи подоспели вовремя. Ви, конечно, была так соблазнительна в своих обещаниях, так красочно расписывала её будущее, фактически не давая ей никакого выбора. Они с её «отцом» думали, что победили.