— Его зовут Наберий. Он властитель демонов, — холодно раздалось за её спиной, Брай вздрогнула, но так и не повернулась.
— Почему моя мать? — спросила она у Тома.
— Твоя мама была исследователем, очень талантливым, Наберий хотел использовать её для каких-то своих целей. Она чувствовала, что работа, которая была предложена ей — это фактически сделка с дьяволом, и отказалась. Он захотел её наказать. К ней был приставлен воин, который должен был защитить её, но он не смог. После случившегося твоя мать должна была умереть, никто не выживает после такого, но она не только выжила, но и родила тебя. Это действительно чудо, — опекун взял её за руку и сжал.
Столь знакомое и так необходимое сейчас тепло, Брай в ответ сжала его пальцы.
— А вы какое имеете к этому отношение? — достаточно грубо спросила она у отца Саливана. — И эти сны? Почему они меня преследуют?
— Думаю, тут всё просто, Наберий, как главный демон, аккумулирует в себе частичку воспоминаний каждого своего подданного, просто тебе передалась часть воспоминаний, связанных с Гидеоном. Он долго является одним из Воинов и уничтожил очень многих. Да и его задание… — тут Саливан замолк, поняв, что сболтнул лишнее.
— Какое задание? — спросила Брай, хотя по застывшим лицам мужчин за столом сразу всё поняла.
— Я был тем воином, что должен был защищать твою мать, — бесстрастно раздалось за её спиной.
Девушка как во сне повернулась, Гидеон стоял у стены, скрестив руки на мощной груди, плащ был откинут за спину. Он смотрел на неё спокойным взглядом, и на его лице не было ни тени вины или ни раскаяния, оно оставалось поразительно бесстрастным, как у статуи.
Не отдавая себе отчета в своих действиях, Брай молниеносно схватила чашку с недопитым кофе и запустила в него. Воин увернулся, но фарфор, тихо звякнув, разбился о стену, обдав мужчину веером брызг. В следующую секунду девушка уже была на ногах.
— Это твоя вина! — чужим, механическим голосом проговорила она. — Это всё из-за тебя!
— Я знаю! — ответил Гидеон, и взгляд его стал холоден, как лед. — Я исправлю эту ошибку.
— Убьёшь демона, который родился по твоей вине? — Брай казалось, что она орёт это мужчине в лицо, на самом деле она ели слышно шептала.
— Да! — и воин сделал шаг к ней.
— Гидеон! — крикнул Том, воин гневно сузил глаза, но вернулся к стене и снова замер.
— Я нашёл твоего учителя, и тот порекомендовал тебя, — как ни в чем не бывало продолжил отец Саливан. — Воистину неисповедимы пути Господни. Ты не должна была войти в наш Храм, но ты чудом оказалась там и помогла нам.
Брай мстительно ухмыльнулась, военачальник гаргулий за её спиной прямо-таки пылал гневом от своей бессильной злости.
— Теперь, когда ты знаешь правду, нам надо тебя спрятать, — снова заговорил опекун.
— Зачем?
— Тебя будут искать, — подал голос Саливан.
— Кто? Демоны? — она рассмеялась, это вышло натужно и неестественно. — Они даже не знают, что я существую.
— Весть о том, что статую военачальника смогли восстановить разнесётся мигом. Демоны захотят уничтожить того, кто способен возвращать гаргулий к жизни.
— Ты хочешь сказать, что Орден — это правда? И то, что гаргульи борются с Тьмой и могут становиться людьми?
— Да, солнышко, — Том улыбнулся. — Эти сказки были правдой от начала и до конца.
— Ты тоже гаргулья?
— Нет, я смотритель, как и Саливан. Мы посвящены в тайну Ордена, помогаем ему, смотрим за церквями и статуями, а так же решаем бытовые вопросы.
— Хорошо, но как вы собираетесь меня прятать? А моя жизнь, работа, друзья?
— Тебе придётся исчезнуть. Прости, иначе никак. Мы не можем так рисковать. Ты не должна попасть в руки Наберия! — в голосе Тома прозвучали стальные нотки. Брай нахмурилась, но спорить не стала.
— Но я могу, хотя бы до утра, уладить все вопросы? — она подняла руку, прося опекуна помолчать. — Я не могу просто исчезнуть, меня будут искать, это даст тем другим подсказки. Я улажу всё сама, сказав, что еду, например, в Монголию, нет лучше в Сибирь изучать старые иконы. Это даст мне возможность не появляться тут долгое время, пока вы решаете все проблемы, — размышляла девушка. — Вы же собираетесь их решать?
— Мы будем стараться!
Брай тяжело вздохнула и снова закурила, не так она представляла свой отпуск.
— Гидеон останется тебя охранять, — проговорил отец Саливан.
— Нет! Ему это явно плохо удается, — Брай понадеялась, что у военачальника зубы раскрошатся, так яростно он ими заскрипел. — Пусть лучше Офир останется.