Сигвалю везло… Причем нереально… Тело официанта дернулось в конвульсиях. Блик от подноса внес коррективы в точный выстрел профессионала. Ослепленный снайпер промазал в Нильсена всего на ширину пачки сигарет, но счет в этом раунде он все-таки открыл… Бесподобным «хедшотом»… в агента под номером пять. Тот последовал примеру напарника и тоже эффектно грохнулся на плитку, раскинув руки.
— Какая глупая смерть! Вот бы отключить огонь по своим в консоли… Было бы чудесно… — бредил Семен и чернел от нарастающей злости. — Пятый бы тогда точно всех «замочил».
Еще один взгляд и кровавое месиво на экране просветлило его сознание. Себе он врать не мог — слишком очевиден ответ: «Потому что это не сказка о параллельной вселенной, в которой не действуют законы физики. Это война… Здесь все до безобразия логично, последовательно и без волшебства. Опуская некоторые подробности… палец, спусковой крючок, курок, боек, пуля, труп… Итоги — минус два «фрага», не в нашу пользу… И к тому же гарантированно «двухсотые»».
— Третий, Четвертый, ответьте… Это Первый… Нужна помощь в ликвидации. Затаривайте под завязку эту конуру «лимонками»! — произнес он в эфир и вслушался в тишину.
Ответа так и не дождался…
Седоголовый воспользовался ситуацией и решился на отход, но далеко ему уйти не удалось. Он поскользнулся в вязкой луже крови и упал на одно колено. Грудная клетка остановилась всего в паре сантиметров от сломанной ножки деревянного стула. Еще бы чуть-чуть и Сигваль насадился бы на кол, но с фартом не поспоришь.
— Сбои бывают у всех… Мне сегодня везет, Олис-с-с! — с воодушевлением сказал он, оборачиваясь в сторону девушки, и заржал, широко растягивая рот.
Олис по-прежнему сидела за столом с выражением полной безучастности на лице. Как будто вокруг ничего и не происходило. Сигваль поднял руку с зажатым в ней револьвером. Смахнул со ствола ловким движением излишки крови Пятого, прицелился и нажал на спусковой крючок.
Щелчок… и больше ничего…
Свет в помещении заморгал. Скучающий вентилятор на потолке пошел на взлет, стремительно набирая обороты. Послышалось гудение электрического тока в плавящихся проводах. Лампочки боролись до конца, но, достигнув критического предела, взрывались одна за другой. Они разбрасывали стеклянные конфетти из осколков, издавая характерные хлопки, словно взрывались петарды. Как будто началось празднование Нового года. Вот только количество трупов на квадратный метр зашкаливало и портило всю картину!
— Ты просто везунчик. Я тебе даже завидую, — равнодушно откликнулась Олис, убирая за ухо белый локон волос.
Голос ее в сарказме не нуждался. Он выплескивался из девушки сам по себе, как огненная магма из разгоряченного вулкана.
— Дважды тебе не улыбнется! Прощай, с-с-су… — завизжал Сигваль, вдавливая спусковой крючок.
Но договорить не успел… Ослабленное выстрелом Девятого крепление вентилятора не выдержало. Оно выпало с корнями из потолка, увлекая за собой всю громоздкую конструкцию. Прямо на голову Сигваля. Мужчина умер мгновенно. Вот только рефлексы уже никто не смог остановить. Палец довел начатое до конца — грянул выстрел…
Семен продолжал смотреть на экран. Глаза расширялись все больше. Руки рвали волосы на голове. Пугала его не глупая смерть взбесившегося осведомителя, а живучесть объекта номер один.
Майор видел, как влетела в разбитое окно пуля, выпущенная из винтовки охотника за душами с позывным Шестой. Стрелял не зеленый юнец, а профи, который из-за непомерного количества насечек сменил не один приклад на «весле». Второй раз он не промажет!
Смотрел, как нерасторопно приближался к девушке с другого направления кусок свинца. Он вылетел из револьвера погибающего информатора. Башку стукача размозжил вентилятор, свалившийся с потолка. Но выстрелить седой успел, притом почти в упор.
Однако даже в страшном сне Примаков не мог представить того, что пули… могут встретиться в паре сантиметров от головы «черной вдовы»…
Мгновенье… и пули вцепились в непримиримой борьбе, словно озверевшие боевые псы. Они кубарем отлетели на кухню, не причинив девушке вреда. Лишь слышалось клацанье острых зубов, вонзающихся в металлическую плоть друг друга.
«Так не бывает… Так не должно быть… Это неправильно…»
Все стихло… Крики людей… Выстрелы… Рычание электричества…
Олис посидела еще несколько секунд, взяла со стола «Zippo» и неспешно встала со стула. Ее платье было по-прежнему идеально чистым, ни единого пятнышка. Она осторожно обогнула кровавые лужи и трупы агентов, стараясь не испачкать туфли. Девушка подошла вплотную к купольной камере видеонаблюдения, установленной на потолке напротив входных дверей.
Теперь Примаков смотрел на ее лицо. Почти кукольное, с тонкими и правильными чертами. Лучезарная и искренняя улыбка, сияющая ярче солнца. Волшебные голубые глаза, бездонные, как море. Семен ошибался — он никогда не видел ее раньше… Девица смотрела на него через линзу камеры. Она закралась взглядом в потаенные уголки его темной души, и сердце Семена сковало льдом. Барышня улыбнулась, послала воздушный поцелуй с губ и исчезла с обзора, словно растворилась в воздухе.
Шестеренки в голове майора отчаянно скрипели. С каждым их оборотом его мысли становились все ясней, логичней и стройней. Они приближались к кристально очевидному…
«Это не девушка… Вообще не человек… Бесчувственная глыба льда. Паук сожрал ее с потрохами и подчинил, сделал своим физическим воплощением. Она марионетка… и ни о чем и никогда не сожалеет.
Для нее это все игра… Глупая… Нереальная…
Геймеры никогда не терзаются угрызениями совести из-за тысяч убитых пикселей на экране монитора. И свечки за упокой им не ставят.
Сегодня барышня ныряет в гущу шпионских интриг. Завтра она поиграет в любящую жену или страстную любовницу, чтобы немного передохнуть. Послезавтра устроит революцию в странах третьего мира.
А когда ей надоест, девушка отправит весь мир в преисподнюю…»
Бесконечно счастливая Олис приблизилась к разгромленной барной стойке. Щелкнула зажигалкой и поднесла огонек к фитилю восковой свечи в виде рождественской елочки. Она стояла тут же, около кассы, для декора и аромата.
Фрейлейн глянула в вылизанное до блеска зеркало на стене. Поправила слегка растрепанную прическу и одернула платье. Затем подмигнула и отправилась через кухню к черному ходу.
Пламя свечи разгорелось и перекинулось на бумажную мишуру, свисающую с потолка. Огонь быстро расползался по помещению…
Дверь от легкого прикосновения девушки отворилась. Зрелище снаружи в подворотне мало чем отличалось. Посреди ржавых баков с вываливающимся мусором валялись двое бездомных. Их изувеченные тела незадолго до этого испытала на прочность многотонная металлическая конструкция, свалившаяся с крыши здания. Трудно определить, что это — кондиционер или солнечная батарея. Не суть важно. Значим лишь один факт — эта «штука» оказалась прочней…
Олис брезгливо пнула отрубленную голову агента-бомжа, и та покатилась по брусчатке, оставляя кровавый след. От такой наглости глаза у куска пьянчужки широко раскрылись, и из открытого рта вывалился язык.
Девушка двинулась по каменному коридору в направлении центральной улицы, для того чтобы вскоре раствориться в многоликой толпе.
Выскочив на Кенигштрассе, она перво-наперво устремила взгляд на башню железнодорожного вокзала, на которой почему-то уже не было эмблемы «Мерседеса». Олис довольно улыбнулась и нырнула в бурный человеческий поток, похожий на горную реку.
И изящно поплыла…
Мимо старинных домов… Мимо сборища зевак, снимающих на сотовые телефоны объятый огнем фургон. Его разворотило взрывом так, что трудно распознать марку. Мимо витрин шикарных магазинов…
Она уже почти пропала из виду, когда раздался новый взрыв…
Что-то громыхнуло с ужасной силой, словно тысячи молний ударили одновременно. Семен вышел из оцепенения. Время вернулось в спокойное русло. На экране шел густой «снег», сопровождающийся шипением в наушниках.