Но сестра лишь медленно повернулась ко мне. Бледная, бледнее, чем обычно, с залегшими синяками под глазами, кожа и волосы посерели, лишившись и так небольшого количества красок. А глаза… Глаза тоже лишились цвета.
- Уже не могу… - тихий шепот ее эхом разнесся по комнате, полный странного отчаяния.
Или мне показалось?
- Наш мир живет за счет равновесия, Кара. И так слишком много смертей…
Он резко вскинула руку, останавливая меня. На мгновение ее лицо скривила боль, но почти сразу вернулось безмятежное выражение.
- Я не могу. Уже не от меня зависит все.
Взвыла, понимая, что она хочет идти до конца. Дрархи…
Перехватила удобнее клинки, чувствуя абсолютное сопротивление внутри.
- Я не хочу тебя убивать. Все можно мирно решить…
Сестра рассмеялась. Тихо, хрипло.
- Маариэль, ты такая наивная… Неужели ты думаешь, что я тебе позволю? - она резко перестала смеяться, внимательно посмотрев на меня. - Я бы с радостью позволила. Но не могу.
- Объясни.
- Я не принадлежу себе, - тихим, надломленным голосом ответила она, отведя взгляд.
Медленно, почти незаметно шагала к ней, стараясь не напугать, не вызвать реакцию. А она или не замечала, или игнорировала.
- Все решаемо.
- Наивная, - хмыкнула она, поворачиваясь обратно. - Знаешь, что любят темные боги? Боль. А у меня ее было много, когда ты всех убила. На нее и налетели как стервятники. Так что не одну тебя любят они.
Значит и правда кто-то еще вмешался.
Дрархи. Это будет сложно.
- Кто?
- А вот теперь ты назовешь меня наивной… Но они не назвали имени. Предложили помочь, когда я поклялась, что убью тебя. Теперь это все остановится только твоя смерть.
Прикрыла глаза, чувствуя, как в носу начало щипать. Будет ужасно глупо, если я скажу, что так и знала. Но я действительно знала, что отсюда живой не уйду. Не смогу, зная, что могла все остановить.
Открыла глаза и зашагала вперед к ней, крепче держа клинки. Сестра не дергалась.
- О чем вы договорились?
- Что я уничтожу весь мир, лишь бы ты умерла.
Голос ее становился все тише с каждым словом, но сквозил сожалением. Боль в ее голосе отозвалась во мне.
- Когда ты последний раз ела?
Вопрос вырвался сам собой. Она резко обернулась, смотря на меня как на больную, но следом рассмеялась.
- Я… Я не помню, - ответила она, продолжая странно смотреть на меня.
Положила клинки на пол и достала из пространственного кармана кусочек вяленого мяса и пару яблок. Удивлена, что они в принципе там оказались.
Смело, показывая, что не боюсь. Кара замерла, наблюдая за мной неверящем взглядом. Дойдя до нее, протянула яблоко.
- Присядем? Тут время искажено?
Не дожидаясь ее решения, опустилась на пол. Кара на мгновение задумалась и села рядом, держа в руках яблоко. Пальцы ее подрагивали.
- Да. Удивлена, что ты почувствовала. Мое тело ослаблено, а рана твоя оказалась очень опасной. Они заморозили все тут. Время снаружи зависит от того, как я захочу. А я сейчас захотела все остановить.
- Понятно. Ты ешь… Не бойся, не отравлено, - улыбнулась ей я, разрывая мясо на две части. - Пожуй. Оно вкусное. Кочевники умеют готовить мясо.
- Слышала, но никогда не ела, -прошептала она, принимая мясо.
Минут десять мы молча сидели и ели, чувствуя одновременно и легкость, и смущение. В итоге, когда доели, стала уже выяснять детали клятвы, которую дала сестрица и кому.
Имя бога или богов она назвать не могла. Оказывается, даже не знала. Говорила только о них во множественном числе.
План простой, но быстро с ней придумали.
Совместными усилиями пришли к выводу, что нужно убить друг друга. Так боги не смогут больше использовать наши слова, сказанные на эмоциях когда-то. Моя смерть остановит возможность вмешиваться богам сюда, а ее успокоит всех мертвецов.
- Мне не хватит сил, Маариэль… - неожиданно пробормотала она, смотря на свои исхудавшие руки.
- Уж теперь точно можешь называть меня Маарой, - улыбнулась я, погладив сестру по щеке. Душу заполнило впервые настолько сильное чувство сожаления. Столько лет мы потеряли... Она из любви, а я из ненависти к нашему опекуну. Зависть, месть... Как же сильно они нам мешали. - Я помогу. Ты главное постарайся удержать в руках клинок.
Знала, что Кара не врет, не обманет. Она не меньше моего хочет все это остановить. Все же мы с ней сестры. И хоть росли не вместе, стали совсем разными, но лишние смерти ни ей, ни мне не приносили удовольствия.
Поднялась и осторожно смазала клинки ядом, чтобы наверняка.