Но говорить о них не хотел.
Все же мы родня. О своих болях мы не любим ни с кем говорить.
Единственный, кто радовался жизни, был Артак. Мальчик перестал так активно шалить, а мужчины мои начали его обучать активно и регулярно. Еще и Эстиан нанял гувернера.
Он умнел, крепчал… И, как мне казалось, он окончательно отошел от трагедий.
В отличие от нас.
Месть разгоралась. Моя “армия”, как называл ее Ас, уже реже появляющийся в Даэдроне, пополнялась каждый день и насчитывала несколько тысяч преданных мне людей и эльфов.
Кто-то приходил сразу в храм ко мне и лично приносил клятву, кто-то присоединялся к сформированным Орином и моими кочевниками отрядам.
Выяснилось, что многие успели пострадать от рук Ищущих и им хотели мстить. Ведь до этого из-за связей правосудие не могло свершиться.
Жестокие опыты, борьба за власть, убийства ради своих целей - все это не располагает к любви народа.
Моя армия выловила нескольких связанных с сектой людей. Единственной сложностью было убедить брать живыми в плен всех.
Люди хотели ответной крови от тех, кто был связан с их обидами и болью.
Но пока обошлось лишь парой убийств в самом начале нашего пути.
И я радовалась за Эстиана и братика остроухого, проблемы которых решались сейчас за счет наших финтов, но полноценной радости не чувствовала.
Ведь я не могла найти пока тех, кто был причастен к гибели моих родных.
А те, кого мы находили, они не знали ничего, часто еще и погибали при допросах от срабатывающих клятв.
Даже Зена, которого Кайдан выходил и поставил на ноги, теперь приходилось защищать. Сам он не мог пока помочь мне, а на него исподтишка опекун открыл охоту, каким-то образом поняв, благодаря кому я нашла его особняк. Клятва, все еще связывающая их, не давала навредить брату, но и оставить явное для него предстательство он не мог.
Я больше не покидала столицу, бывая только в храме и во дворце. Даже гулять по городу мои мужчины теперь меня не отпускали.
Слишком опасно.
Поэтому днем я проводила обряды, общалась с прихожанами и теми, кто вошел в новоявленный культ Ошун, как прозвали нас в народе.
А ночами, перед сном, я участвовала в обсуждениях планов, доносов, отчетов.
Пока я для людей была хорошей. Пока мне верили.
Но скелеты в моем шкафу скоро уже перестанут помещаться. Я боялась, что они выльют правду обо мне в мир. И я боялась того, к чему это приведет.
Уже были купленные глашатаи, которые пробовали осторожно поливать меня грязью. Но действительно важные для мира люди и эльфы боялись связывать с той, кому покровительствуют сам Император и Изумрудный с Сапфировым князья.
Но Ищущие хотят жить. А значит будут пытаться как-то избавиться от меня.
Которую ночь с тратила на то, чтобы придумать заранее планы по реагированию на любые провокации, клевету,
Дверь тихо скрипнула, извещая о том, что кто-то пришел.
- Эхнэр, отдохни, - отвлек от расписывания идей меня Батар, пока Баяр незаметно подошел и просто вытащил из-под моих рук все листки.
- Эй! - возмущенно вскрикнула я, но на том и остановилась, стоило взгляду упасть на зеркало за спиной младшего из братьев.
Бледная, лицо осунулось, синяки под глазами, волосы растрепаны
Я же замучаюсь тратить резерв на иллюзию, которая настолько меня исправлять будет.
- Хорошо… - уже тише и спокойнее добавила я. - Простите. Я слишком волнуюсь.
Старший подошел ко мне и опустился на корточки рядом с моим стулом, оказавшись почти на одном уровне со мной.
Все же они огромные…
- Не извиняйся. Просто береги себя. Мы все волнуемся. Идем спать.
Я молча кивнула, в душе радуясь тому, как сильно мне повезло с ними всеми.
Не сдерживая себя, резко, поддавшись порыву, крепко обняла мужчину.
Он сразу же стянул меня со стула, увлекая за собой на постель.
Думала, что сейчас они решат продолжить, ведь я сразу ощутила как напряглось тело Батара, а связь подсказывала, что и Баяр хочет конкретного проявления моей любви.
Но, к моему сожалению, мужчины завернули меня в одеяло и просто легли по краям, не давая мне даже пошевелиться.
- Спи, наша эхнер, мы будем сторожить твой сон, - шепнул старший из братьев, по нашей маленькой традиции лежавший спереди, целуя меня в лоб.
Уткнувшись лицом в его грудь и чувствуя спиной прижавшегося ко мне Баяра, сама не заметила, как очень быстро погрузилась в сон.
А вот утром случилось то, чего я так боялась последние недели, словно чувствовала, что к этому все и идет.
Разбудил меня шум в голове задолго до рассвета. Казалось, я поспала от силы пару часов.
Стон какого-то разочарования сорвался с губ, пока я пыталась понять, о чем они кричат.