Молчал и род. Девочка наша была цела, ее не обижали. Мы все ощущали, что она где-то тут. Но не более. Ее смогли спрятать от всех.
Снова поднялся на верхний ярус центральной башни и начал нарушать правила, ломая правила нашего мира. Я найду мою дочку, чего бы мне это не стоило.
Медитацию прервал скрип ступеней.
- Кто? - спросил, не открывая глаза.
- Я, Сваёнэль, - раздался немного напуганный голос юноши.
Втянул магию своего дракона. Людям из низины тяжело рядом с нами открытыми.
- Что-то выяснилось?
Эльф подошел, качая головой.
- Пока нет. У меня есть мысль… Но я побоялся ею делиться с местными. Никто не знает, кто замешан.
- Правильно, - похвалил я мальчика. - Так что за мысль?
- Мама… - было видно, что ему тяжело даются слова. Что же там ты такого надумал? - Мама была уверена, что папу убила бабушка. Но у нее не было явных доказательств. Бабушку сослали в дальние поместья.
- Ты думаешь, Агапэль была права?
- Я не хочу так думать, бабушка… Я люблю ее. Но мне кажется, нам нужно проверит все варианты.
- Согласен. Назовешь коордианаты?
- Я думаю, что мне лучше самому посетить бабушку. Она всегда радуется моим приездам.
- Это опасно. Финариэль до безумия любила Вурадимирэля. И если Агапэль была права, то она легко свернет тебе твою юную шейку. Твоя мама не выдержит потерю и тебя. А я… В первую очередь я должен следить за равновесием.
Было тяжело говорить и я даже чувствовал себя предателем в отношении моей Байлуни.
- Вместо эльфа могу пойти я,
Из появившегося красноватого тумана вышел один из братьев моей дочери.
- Шан? - решил уточнить я, все еще путая по именам ее братьев.
- Да.
- Ты не боишься? Они явно владеют некоторыми знаниями о вашей… Сущности.
Сваёнэль удивленно смотрел на нас, а я не рискнул выдавать тайну моей девочки и ее братьев. Ведь я не мог знать, посвятила ли она его в нее.
- Нет, не боюсь. Я готовился к этому достаточно долго.
Кивнул.
- Тогда готовься. Сваёнэль, расскажи ему максимум, чтобы никто даже не заподозрил, что это - не ты.
Эльф кивнул и они удалились.
Боги, как же повезло, что эти демоны не узнали о том, что их сестренка в положении. Их сдерживают только правила, которые так же как и богам, не дают сильно вмешиваться в наш мир. Но это молодые парни, хоть и на много веков явно старше меня, если даже Адхара помнит их молодой девушкой.
И именно поэтому им до последнего нельзя знать об этом.
Она моя дочь. Но в первую очередь я Серебряный страж. Я долго бегал от этой своей сути. Я не нашел в себе силы последовать традициям и принести моего ребенка домой, а отдал на растерзание. И поступаю так снова.
Потому что я обязан любой ценой сохранить этот мир в целости.
Сел обратно и посмотрел на звезды.
Обычно, называя ребенка в честь звезды, мы всегда могли отследить его через связь с его светилом. Но Байлуни… Она выбрала другое имя. Неужели душа уже тогда знала, каким отвратительным будет у нее родитель?
- Араньяни, ты выбрала ужасного отца для своей дочери…
Боги, как же мне тебя не хватает, моя милая дриада… Ты бы давно все решила. А вообще, надо было отдать ее в твои Южные Леса. И ничего бы точно не случилось.
А сейчас остается только сидеть и ждать.
Шан
Меня бесит все это.
Ситуация, отношение всех. Чего они ждут?! Когда станет поздно.
Я изрыл почти все княжество, пока Искус пытался там со своей остроухой найти нашу сестренку сканируя те же места.
И когда я уже собирался штурмом брать первый закрытый от меня особняк, до меня донесся разговор недоотца мышки с недобратом.
Ублюдок предполагал и молчал!
Если он оказался прав, оторву голову, несмотря на предназначенную ему роль и последствия.
Пришлось сутки провести рядом с недоноском и сдерживать желание убить.
Этот мир портит меня. Я стал в разы эмоциональнее и агрессивнее.
А может просто сестренка слишком дорога. Хотя, в этом мире ее бы ненавидели местные братья в подобной ситуации, виня в смерти матери.
Слишком глупые создания.
Сутки казались вечностью, но я впитал всю нужную информацию, скопировал полностью внешний вид, манеру речи, дажу ауру и связь, по которым местные проверки устраивают.
Как легко их обмануть…
В итоге я стоял, одетый полностью в одежду княжича, держа в голове его воспоминания.