Мар подошел к покойнику, но не близко, с нескольких шагов. Покачал головой, но ничего не сказал. Пусть первым специалист выскажется, хотя и так понятно, что кто-то его сюда, в грот, затащил за одежду. Кто-то, кто знал про защиту и что снаружи тело не увидят…
…но Нана, очевидно, не заметила, что дракон… а это точно дракон… еще жив, и поплатилась: он извернулся, ткнул девушку ножом, куда достал. Ранил. Она зажала рану… потом побежала, но не в долину, а в Академию. Боялась, что дракон не один был и что ее будут преследовать?
Янка терпеливо ждала, пока Мар, присев на корточки в шаге от тела, соображал, что и как здесь происходило.
— Торопишься? До официального отбоя еще час. — все-таки ответил он.
Янка пожала плечами. Вроде бы совсем недавно торопился сам профессор. Но сейчас он передумал торопиться.
— Не хочешь составить мне компанию и посмотреть, куда так спешила Нана Филин?
Метро профессора впечатлило. Но идти по туннелю стало намного трудней — за минувшие дни в нем существенно прибавилось воды. Янка впервые обратила внимание на темные линии на стенах — красноречивое свидетельство, насколько высокой тут будет уровень подземной реки всего через несколько дней, когда долина окончательно оттает.
Хорошо, все-таки, что у трапперов есть система обозначений, а то она непременно пропустила бы проход в более сухие верхние коридоры. Кстати, в них профессор тоже быстро нашел шлифовку и включил свет. Пусть более тусклый, чем у выхода, но все равно достаточный, чтобы идти, ничего не бояться и не спотыкаться об полуразрушенные трубы.
В темноте и без пометок трапперов никак не смогла бы она найти тот лаз, которым воспользовалась Нана дальше. Мар по пути осторожно, двумя пальцами, подобрал окровавленную тряпку, которой Нана зажимала рану. Тряпка стала почти черной, заскорузлой. Он достал из кармана лист хрусткой тонкой бумаги и тщательно упаковал улику.
— Вот. Тут она забралась, — показала Янка.
— Узкий лаз… действительно, не каждый протиснется.
— Мы с Даником думали, что там раньше шла какая-нибудь труба, — поделилась она.
— Возможно. Пройдемся немного дальше?
— Зачем? То есть, да, конечно!
Пока у профессора Шторма такое «исследовательское» настроение, надо пользоваться! Потом можно будет Алисе рассказать… вдруг впереди что-то важное и интересное.
К тому же с Маром Штормом в пыльном полутемном коридоре совсем не страшно, не то, что в прошлый раз… и все равно до ужаса интересно.
— Затем, — ответил профессор, — что оказалась она здесь не случайно. И явно раньше бывала. А значит, что-то в этих коридорах есть помимо древних коммуникаций.
Янка не ответила. Просто шла рядом с Штормом, вслушиваясь в тишину коридора, изредка нарушаемую только звуком упавшей капли по камням…
Шторм тоже думал о чем-то своем, настолько глубоко погрузившись в мысли, что можно незаметно изредка бросать на него взгляды, запоминая.
Совсем он не пепельный маг. Скорей — серебряный, хоть и предпочитает все черное.
Коридор свернул и раздвоился, образовав два небольших отвилка. Один — с лестницей куда-то во тьму, другой… другой закончился дверью. Такой же, как везде в Академии, совершенно обыкновенной дверью, деревянной, на петлях.
— Интересно, — заметил профессор, медленно проводя пальцами по древесине. — Ей не так много кругов, гораздо меньше, чем коридорам и тем более чем метро.
37
— Заперто? — не сдержала любопытства Янка. Ее бы воля, она, не задумываясь, дернула бы дверь. А может, там какая-то ловушка? «От», точнее, «на» любопытных.
— Нет. Сейчас открою. Отойди немного. Шагов на… на двадцать.
Янка безропотно отошла, хотя, конечно, не на двадцать шагов, а от силы на семь. И едва сдержалась, чтобы начать нетерпеливо спрашивать: ну что там? Ну как там? Открылась?
Дверь открылась. Скрипнула. Мар открывал ее медленно, осторожно, опасаясь какого-то подвоха. Но подвоха не было: за дверью находилась обыкновенная комната. Небольшая. Когда вспыхнул свет, Янка в этом убедилась.
Просто чей-то кабинет. Удобный и часто использовавшийся. Может, его обустроил себе кто-то из нелюдимых преподавателей, в надежде поработать вдали от суеты и шума. Или один из прежних ректоров.
И кстати, чем-то это обиталище сильно напоминает кабинет самого Мара Шторма. «В логове дракона».
— Пыльно, — заметил Мар, совершенно спокойно входя в комнату.
Пыльно — это не то слово. На полу за профессором отпечаталась четкая, темная цепочка следов. Все предметы в комнате, даже декоративные драпировки, были покрыты густой серой бахромой.
— А мне можно зайти? Пискнула Янка от входа.
— Зайди. Как раз эту комнату показывать следователям я не собираюсь. И князю, пожалуй, тоже. Так… что тут у нас…
Он обнаружил на стене шлифовку — вроде той, в гроте, прижал к ней ладонь, и несколько минут хмуро что-то изучал. Янке стало скучно, и она осторожно, чтобы пыль не взметалась до самого лица, подошла к столу.
Тетради, тетради… ну точно, какой-то профессор здесь прятался.
Большой, в красном переплете, альбом… на обложке тиснение в форме стилизованного драконьего глаза. Внутри — записи темными чернилами. Аккуратные четкие столбцы:
Рожден 15 января 316 круга… Арчибальд, сын Кристиана и Доминики Филин из Радужного… рожден 17 марта 316 круга… сын Перла и Марии Нырок из Первого Заполья циркуса Белуши…
Много, много строчек, и в конце каждой — непонятный числовой код…
— Мар, взгляните!
Мар Шторм из Звездной Академии Астеры.
Медленно, словно во сне, Мар подошел к столу, пролистал альбом до последних страниц. Нашел там «Изера, сына Доминика и Ариадны Ястреб из Радужного Чертога».
За этим именем следовал Тедор Шторм, Клара и Вернер Шторм, Вальдемар и Ференс Шторм. На Ференсе Шторме книга заканчивалась.
Он прижал ладонь к строчкам.
Вот оно. Вот что, кажется, искала Клара. Родовая книга Водопадного с отсылками к картам крови и записям, сделанным индикаторами магии на всех Штормовых Водопадного чертога. Доказательство родства или его отсутствия. Данные о магическом потенциале и, кстати, профиле магии всех членов рода…
Возможно, кому-то действительно за эту книгу не жалко отдать душу. А то и несколько душ, преимущественно чужих!
Книгу мог вынести из Водопадного только Изер Шторм. Мар коротко взглянул на девчонку, но она увлеклась книгами на нижней полке — тактично отошла в сторону, чтобы не мешать ему листать альбом.
Похоже, Клара не врала, когда говорила, что ищет «кабинет Изера». Только не добавила, что кабинет этот следует искать не в чертогах…
А может, сама не знала.
Правда, какое отношение к альбому имеет книга, которую Виктору Шторму отдала мать Наны? Или эта книга просто еще немного приблизила драконов к искомому кабинету?
Мар не привык верить совпадениям. Книга — часть некого исследования. Чистовик теоретического расчета. Только цифры, без описаний, без заметок и предположений. И кстати, не первая, похоже, часть. Похоже, где-то должны быть другие.
— Мар… профессор Шторм, можно я вот эту книгу возьму? Ой, то есть, на время, я верну! Пожалуйста?
Девчонка стояла возле полки со справочниками и подшивками «Асерологии и астерографии» за какой-то махровый год.
Мар на миг зажмурился, переключая на нее внимание. Забавно. Когда Кларе что-то надо, у нее становятся большие блестящие глаза и мягкие круглые губы. Янка, похоже, сначала выпалила просьбу, а потом смутилась, стремительно покраснев до корней волос. Действительно, ляпнула что думала.
— Что это у тебя?
— Учебник и хрестоматия по аборигенке. Нам очень нужно. Для курсового проекта.
Мар с недоверием качнул головой. Добровольно аборигенную биологию в качестве годовой темы студенческих исследований не брал примерно никто. Примерно никогда…
Через несколько секунд он пришел к верному выводу. Спросил с некоторым даже сочувствием:
— Одна или в команде?
На что услышал преисполненный гордости ответ: