Хватит с него — решил Арн. Он остается тут, на базе, в тепле и возможно, даже женщина ему достанется, если их тут так много. Поживем, увидим.
В итоге, Сис был единственным, кто оставаться на базе не захотел. Его корежило при одной мысли, что он будет подчиняться Лису. Плевать, что никто не хочет за ним уходить с базы. Плевать, что он останется один против природы. Спрячется в пещере, о которой ему рассказали глупые бабы. В той самой, в которой они все и жили с удобствами все то время, пока Сису приходилось в голоде и холоде мотаться по дебрям планеты.
-Вот только надо бы уговорить хоть одну женщину уйти со мной. - Думал Сис - Все же одному плохо. Очень грустно. А с бабой.. с женщиной то есть, будет совсем другая история. И щенка увести. А еще лучше, утащить одного из этих млечников. Хорошие ездовые животные, могут пригодиться. Лассо накинуть на шею и увести. Не верю я в их разумность. Или притвориться, что остается, втереться в доверие и уже подождать, пока это их время мутации пройдет? Конечно! Заодно выбрать себе женщину, а то и двух, влюбить их в себя и увести. И оружие забрать. Да, так и надо сделать! Я все же умнее Лиса! И хитрее!
Так Сис и размышлял днями, а время шло.
И когда прошли те несколько дней, которые им дали хозяева, и Арт, Ян и Ари с радостью согласились присоединиться к племени и даже Мил сказала, что если бы не Ив и команда, то она уже умерла бы. А значит, её, Мил, жизнь, теперь принадлежит племени. Вот так.
Что оставалось делать Сису? Только притвориться, что и он счастлив влиться в племя. Химеры поверили.
Но млечники, с первого дня слышавшие ядовитый фон мыслей Сиса, постарались довести до Ив и Лиса все, что они думают об этом неприятном человеке. И попросили не допускать Сиса к ним в их помещение. Они не хотят его видеть. Да еще и у Ма вот вот появятся малыши, им не надо чувствовать рядом такого завистливого, неприятного типа. Ма тем временем подкармливала детишек Мил. Они были такими слабенькими, что даже есть не могли, уставали, спали присосавшись к соскам, просыпались, немного сосали и снова спали. Но вес набирали исправно.
Ма было их очень жаль, слабенькие человеческие детеныши вызывали у нее чувство нежности и умиления. И она меняла состав молока, делая его приемлемым для химерят, давая им возможность развивать новые качества и новые возможности.
Да и все те человеческие детишки, которых она кормила, получали корректирующее молоко. А как же! Млечникам надо жить вместе с этими немного неуклюжими, но такими милыми и заботливыми двуногими! Ма и Па прекрасно понимали, как им повезло. Сначала повезло выжить, потом повезло попасть на землю, и повезло, что химеры смогли правильно открыть боксы долгого сна и вырастить крохотных млечников, хотя напрочь не понимали, что это за существа такее и что с ними делать.
Немного подрастя и осознав себя, млечники в меру сил стали помогать химерам, сначала морально и энергетически, потом и физически, таская грузы, выкармливая маленьких, показывая сьедобные корни и растения. И даже сражаясь бок о бок с племенем.
И теперь допустить, что бы снова самомнение и зависть отвратительно типа нанесли вред по их друзьям? Да ни за что!
И уж млечники постарались внушить «своим» химерам отвращение к Сису. Что бы он не делал- все становилось неприятным и шло во вред мнению племени о лидере найденной группы.
В итоге, когда все дела были сделаны, козы пойманы общими усилиями и водворены в загон в убежище, сено накошено и семена трав собраны по мере сил, в общем, когда снаружи у химер дел практически не осталось, на общем собрании перед полным закрытием врат на полтора месяца всего мутационного периода, выяснилось, что химеры племени с трудом переносят общение с Сисом.
Ни одна из женщин не то что ответить ему взаимностью, даже близко при близиться к нему не захотела.
Жил он один в самой ближней к общему залу комнате, и без присмотра никогда не оставался. Стоило Сису выйти из комнаты, обязательно кто то из свободных от дел химер приглядывал за ним. Даже собаки отскакивали от него и не брали у него с рук ничего, пусть даже это были самые вкусные и любимые кусочки.
В общем, племя устроило Сису обструкцию. Правда, если бы кто то спросил, почему они это делают, никто из химер, в том числе и бывшие члены группы Сиса, не смогли бы ничего внятно ответить. Все на уровне внутренних ощущений.
Вскоре Сиса освободили от дежурств и обязанностей по убежищу, потому что никто не хотел работать с ним рядом. Да и сам он не проявлял симпатии ни к одному человеку. От детской он шарахался, животных не любил, женщины, которыми он в первое время пытался командовать по старой привычке, обходили его стороной.