Яна и Павел Ткачёвы
Химия кошек
Ртуть! Сульфур!
Мы скучаем.
Эта дыра в сердце никогда не зарастет.
Иллюстрация на обложке Полина Завертяева
© Яна и Павел Ткачёвы, текст, 2026
© ООО «ИД «Теория невероятности», 2026
После этой книги ничто не разубедит меня, что именно так живут кошки на самом деле. Не можете уснуть от ночного «тыгдыкдык»? Не злитесь – ваша кошка просто в очередной раз спасает вас от демона! Идеально для поклонников комикса «Милый дом Чи» и м/ф в духе «Диснея». Просто послушайте, как трогательно мурчит эта история, и позвольте богине Бастет сопроводить вас в дивный кошачий мир.
Анастасия Гор, автор книги «Самайнтаун»,
трилогии «Ковен озера Шамплейн» и др.
Пинки и Брейн пытались захватить мир – что с них взять, примитивные грызуны! Ртуть и Сульфур, благородные представители кошачьих, – иное дело: уж больно прикипели к своим людям и потому упорно пытаются наш с вами мир спасти. Главное, не забывать, что перед вами книга в жанре магического реализма: ради приключений героев двое ответственных котовладельцев внаглую врут, будто оставляли окна открытыми и все такое прочее. Но остальное здесь – чиста правда, Бастет меня обожри!
Мальвина Гайворонская,
автор цикла «Одаренная девочка»
Часть первая
Все проблемы начались с
Мода обзаводиться домашним человеком уходит корнями глубоко в историю.
Мы знаем, что кошки держали людей в своих дворцах в Древнем Египте. Люди помогали кошкам строить великое государство Аббасидов. Человек выступал на стороне кошек в борьбе за место священного животного в Индии (к несчастью, победили коровы). Люди и кошки действительно испокон веков жили вместе.
Хорошо известно, что человек в доме – не игрушка, а большая ответственность. И многие человекозаводчики сталкиваются с различными проблемами.
Люди часто бывают шумными и подвижными существами. Не знают границ личного пространства и могут вторгаться в зону комфорта своих хозяев. Нередко человек может проявлять непростой характер и показывать зубы, защищая свою территорию: стол, кровать или шкаф с костюмчиками.
Ни в коем случае нельзя наказывать человека, царапать его или делать кусь. Человеку ввиду своей природы просто не понять причин вашего возмущения…
Глава первая, в которой я терплю ужасные лишения
– Ян? – протянула я.
Нет ответа.
– Яна, ты проснулась? – мне пришлось дать ей еще один шанс.
Но, как обычно, тишина. Я уже привыкла к этому ледяному безразличию, к простому человеческому эгоизму. Такова моя доля.
– Яна, хочу жрать! Я голодная!
Но разве кому-то интересны мои крики отчаяния?
Я тихонько вошла в комнату, где Яна лежала на моей кровати.
– Ян?..
Груда одеял еле заметно пошевелилась, но на этом все. Тяжело вздохнув, я побрела на кухню. Миска сиротливо стояла под барной стойкой. Может, сунуть в нее мордочку и доесть те жалкие крохи, что остались по краям? Нет, я взяла волю в лапу.
– Не собираюсь опускаться до объедков! – пришлось завопить громче обычного.
Но снова никакого ответа. Я запрыгнула на подоконник. Еще один серый день. На улице не происходило ничего интересного, так что отвлечься от чувства голода не получилось. Тошно на все это смотреть. Я удрученно перешла на стол. Может быть, уронить что-нибудь? Вот этот стакан, например. Нет. Тогда я получу точно не еды. Взгляд скользнул по маленькому белому уголку обоев, который немного отошел от стены. Не стоит. Год назад меня за это отходили тапком. Какое унижение. Но кушать-то хочется. Боже, в каких условиях я живу!
И тут наступил момент, знакомый любой кошке, когда тупая, ноющая боль в животе заслоняет светлый разум. Не помня себя от голодного безумия, я ворвалась в спальню, запрыгнула на свою кровать, вскарабкалась на одеяло и закричала:
– Я хочу жрать! Хочу жрать! Жрать!
– Господь, Ртуть, ну дай же мне поспать! – послышался стон из-под одеяла. Этому человеку было абсолютно наплевать, что я тут умираю с голоду. Буквально.
Внезапно в комнату ворвался шум с улицы. Инстинкты великого охотника, истинного воина, что таились в сердце еще со времен предков, подхлестнули меня. Я героически отыскала в себе последние силы и в два прыжка оказалась у окна. Да-да, я здесь, маленькие пернатые крысы. Голуби расселись на карнизе балкона и принялись дразнить меня, как и во многие дни до этого. Они насмехались надо мной.