– Да это… не прям у нас, – смущенно ответила Эстер. – Я сама удивилась ее появлению. Бастет помогла Ртути победить монстра тогда.
– Я думал, это все сказки, – проворчал Котреарх.
– Куда мы идем? – спросила Эстер.
– К одной моей знакомой. У нее есть связи в кошачьем правительстве. Она нам точно поможет.
Теперь кот и кошка рысцой бежали по оживленным улочкам Зеленоградска, уворачиваясь от ног прохожих. Повеяло солью и йодом. Котики выбежали на узкую дорожку, скрывшуюся в тени деревьев и высоких заборов.
– Мы почти на месте, – сказал Котреарх. – На этой улице живут самые богатые кошки нашего города – первая линия, вид на море. Некоторое время назад город был заросшей деревней. Здесь стояли ветхие домишки с потемневшими стенами и грязными окнами. На том месте, где ты сейчас живешь, вообще было голое поле и паслись коровы с лошадьми. Котам было проще найти себе дома в зарослях, чердаков и подвалов на всех не хватало, представляешь! А теперь здесь высокие заборы и большие дома, теплые в любое время года. Все кошачье правительство подсуетилось. И, конечно, самые сладкие места достались приближенным… Так, прыгаем сюда.
Котреарх заскочил на красный автомобиль, а потом с него на каменный забор. Эстер последовала за ним, и ей тут же стало крайне неловко. Перед ней открылся двор, который занимал места больше, чем вся ее квартирка в старом доме. Здесь были и клумбы, и беседка, и каменная дорожка, ведущая ко входу. Да и дом был двухэтажным с небольшой мансардой, огромными окнами, прячущими внутреннее убранство за тяжелыми шторами.
– Ну, что расселась? – нетерпеливо мяукнул Котреарх, подталкивая Эстер.
– Котреарх! – раздалось из беседки ленивое мурлыканье. – Какой приятный сюрприз.
В глубине подушек плетеного кресла вальяжно гулял лоснящийся черный хвост, появилась аккуратная мордочка с яркими зелеными глазами.
– Здравствуй, Мадонна, – неловко промямлила Эстер.
– Ого, Грязну… в смысле, Эстер? – встрепенулась хозяйка богатого дома. – Э, я не думала… Эстер, это ты? Такой сюрприз. Я думала, ты не выходишь из дома. И ты с… Котреархом? Какими судьбами?
– Здравствуй, Мадонна, – с напускной важностью сказал Котреарх и запрыгнул на соседнее кресло. – У меня к тебе дело.
– Конечно, дорогой, для тебя все что угодно, – благосклонно махнула лапкой кошка, все еще с тревогой поглядывая на Эстер. – Может быть, сметанки? Если у вас непереносимость, то у меня и безлактозная есть…
– Спасибо, но мы ненадолго. Нам нужен свой хвост на железной дороге, – Котреарх перешел сразу к делу.
– Ну… Я, конечно, спрошу Левушку, – замурлыкала Мадонна. – А что нужно?
– Знаешь Ртуть, подругу Эстер? – спросил Котреарх, не давая Эстер вставить и слова. – Она хочет присмотреть за своим человеком, он скоро поедет на поезде в другой город. Да и… В целом нам нужно полное сопровождение на всем пути.
– Я немного не понимаю, – стараясь подбирать слова, мяукнула черная кошка. – А при чем тут ты?
– Мадонна, милая, – весомо произнес Котреарх, облокотившись на ручку кресла. – Это дело особой важности. Я бы не стал просить просто так. Будь хорошей кисой, поговори со Львом для меня. Распоряжение поступило с самого… верха.
– Даже так? – немного озадаченно спросила кошка. – Занятно-занятно. Ну, как скажешь…
– Вот и славно! Эстер пришлет тебе все, что нужно знать об этом человеке, – подытожил Котреарх. – Вы можете обменяться контактами.
Эстер неловко переминалась с лапы на лапу, пока Мадонна диктовала номер своего человека, чтобы держать связь независимо от котоинтернета.
– Спасибо, Мадонна, – смущенно сказала Эстер. – Ты будешь третьим лапопожатием.
– Что? – заинтересовалась черная кошка. – Что ты там бормочешь? Какие лапопожатия?
И Эстер принялась сбивчиво объяснять теорию, о которой узнала. Ртуть и сама Эстер образовывали первый контакт, Эстер и Котреарх были вторым лапопожатием, а Мадонна через Котреарха становилась третьим.
– Так-то я тоже знаю Ртуть, – надменно протянула Мадонна. – Мы общались… на котофоруме, да… А потому я могу считаться ее первым лапопожатием. Я не привыкла быть третьей, милочка моя!
– Как скажешь, – замялась Эстер, не решившись упомянуть, что все общение Мадонны и Ртути заключалось в издевательствах первой над второй. Если самодовольство Мадонны поможет им сохранить Яну в безопасности, то пусть эта задира думает как ей угодно. Хоть суперпервым лапопожатием себя назовет.
– Что ж, благодарю за гостеприимство, приношу извинения, что мы так вторглись без предупреждения, – вмешался Котреарх и, спрыгнув с кресла, устремился к забору. – Теперь мы откланяемся. Эстер, идем!