- Инкризирование мыслительных процессов.. – пробормотал в полголоса Ганжа.
- Чего? – спросил Шахин.
- Идиома для замещения расхожей истины «кислород – мыслей подгоняло» . В Японии, говорят, специальные приборы есть – суёшь туда лицо, значит, и тут на тебя как воздух – бац. И ты типа умнеешь.
- Я, Дима, в Японию не собираюсь, а приборов таких и здесь полно. Одной дев.. Одному человеку подарил как-то так.
- А что ж тогда в контакте местожительство Токио написал?
- Так просто..
Действительно, так просто. Половина обитателей соц.сетей оповещают посетителей аккаунта, что живут на Коморах, Сан-Томе и Принсипи, Папуа-Новой Гвинеи, не видя в этом ничего зазорного. Ничего не значащая отметка. Всегда ли? Так, а что было написано у неё, до удаления? Афганистан – это он точно помнил, лажа.. Лажа.. Всегда ли? Шахин наморщил лоб, стараясь припомнить ускользавшую из памяти информацию…
Может, со временем, нам вспоминается лучше оттого, что мы начинаем вольнее обращаться с фактами, приукрашиваем их, добавляем никогда не существовавшие детали? Кто знает. Память – сложная штука, иногда трудно понять, что действительно запечатлелось в ней, а что занесено воображением, разыгравшимся в попытке восстановить реальную картину событий.
- Чё там с тобой? – протянул Ганжа, бросая в ободранные кусты пакет – тошнительного Ступу снова тошнило.
- Дима, у меня Япония написано, а у тебя?
- Антигуа и Барбуда, а у Шилы ЮАР, а у Бори, Ступы, Фары – Россия. Они честные.
- А как определить, человек правду пишет или? – он всё никак не мог схватить за хвост, озарившее внезапно воспоминание.
- Если вру, то пишу или бредятину, вроде Антигуы, или люкс страну мечты – ОАЭ, Кувейт.. Но этим больше гопота страдает. Редкие страны Латвия там или Польша обычно местный пипл заявляет.. Остатный не знает о подобных государств экзистенции..
Польша? Польша?!
- Стоп, молчи, а в Польше есть столица?
- Оф коурз, имеется. Это ж де юре независимое государство, конечно, независимость де факто – дискуссионный вопрос даже касабельно таких держистран как..
- Ганжа, ты гений!
Шахин обнял недоумевающего Ганжу, явно недовольного прерыванием своего монолога, и кинулся в работающем на первом этаже панельки ночник.
- Девушка, красавица, продайте мне атлас, атлас, быстрее – лихорадочно говорил он, а глаза перебегали со шкафчиков для хранения минералки на витрину с вафельными тортами и колбасой.
- Атлас? – блондинка, до того красившая губы, смотрясь в карманное зеркальце казалась удивлённой.
- Именно, атлас мира, где карты всякие..
- Атлас мира? Но у нас продуктовый магазин. – Девушка расстроилась – симпатичный молодой человек при деньгах и явно не женат, - неужели ничем нельзя помочь? Зачем вам атлас?
- Мне.. мне узнать столицу Польши. – До него туго доходило услышанное.
- А вы, я смотрю, плохо в школе учились.. Столица Польши – Варшава. Не купите у нас сигарет, я думаю, мальборо универсально даже для таких, как вы..
Он не слушал её.
- Как вы сказали – Варшава? Варшава.. Да точно, Варшава. Спасибо огромное! И в ту же секунду за ним хлопнула дверь.
- Ходят тут всякие черномазые, прохода не дают.. – недовольно пробормотала продавщица, возвращаясь к своему занятию.
- Ганжаджан, прикинь, столица Польши, оказывается, Варшава. – Шахин был не в силах скрыть радость.
- А ты не знал? – Ганжа бросил сигарету, медленно погасшую в казавшейся чёрной траве и повернулся. – Ты за этим в ларёк мотался?
- Нет. – Вовсе не обязательно докладывать. – За спичками. Заодно и столицу спросил..
- А я б тебе и так сказал. – Ганжа сплюнул. – Шах, побудь тут, а я схожу в сей универсам – курево вышло, а твоё собрание в меня не влазит.
Ганжа утопал. Поглядев ему вслед, Шахин прислонился к Ганзиной тачке и от нечего делать завёл разговор со Ступой. – Тот всё ещё не отошёл, прикрыв глаза на заднем сиденьи – пересел из Бориной машини.
- Ступа, а Ступа, а ты за ступу Бабы Яги волочишь?
- Издеваешься.. – Ступа тяжело дышал. – Я б тебе как врезал, коль не рвачка..
- Если б не рвота – Шахин так и не мог выдавить из себя жаргонизм «рвачка» - я б тебя у как боялся! Я ж не спортсмен.
- Ступа, а Ступа, я с тобою 5 лет на ноге, а откуда ты Ступа так и тайна. Секрет?
- Полишинеля.
- Ты умничать, братка. Слабо расколоться?
- Я на спор, ещё на районе, залез на буддийскую ступу, вот. Пока монахи не сняли, сидел на ней, угрожал взорвать. Типа, будто у меня граната. В 6-ом классе было, до возраста уголовной ответственности.
- Круто.. Баба-яга не при чём.. Я и не знал, что в Москве ступы есть..
- Я не из Москвы сам, я из Бурятии. Там много ступ сейчас в дацанах понастроили.
- Из Бурятии? Улан-Удэ – город, где протекает Селенга, гордая оростительница монгольских степей.. Ты сам, случаем, не бурят?
- Нет, спасибо. Буряты, вообще, ничего нация..Какие у них позы..
- Ахаахаха, позы? Сексуальные?
- Да ты не лыбься, как менеджер на корпоративе! – теперь Ступа яростно вытаращил свои мутно-голубые глаза, приобретя протрезвевший вид. – Позы – это еда, типа пельменей, только лучше.. Вкуснее, ароматней. Ты знаешь, когда я в последний раз ел их?
- Ну, когда? – в голосе Шахина угадывалось ироническое сочувствие.
- В 2002-ом году. Съел позы и сразу побежал на вокзал. Отходил поезд на Москву, я ехал в плацкартном вагоне, соседи попались, доехал до Ебурга, там..
- Погоди ты про соседей и про бывший Свердловск. Ты чё, за десять годов в свой Бурятистан носу не казал? Ты ж тут не бродяжничал босявкой, а реальные бабки имел..
- Как-то не доводилось. Туда-сюда – времени нет. А вообще, туда б съездить, там старые друзья, мать, должно быть, совсем состарилась..
- Мать?! Мы тебя за сиротинку держали, а он.. И давно ты не видел мать?
- С 2002-го года.. Не знаю, как она, писать времени не было же, а телефона у неё нет, тогда не было…
- Да ты, да..
- Ребята, не ссорьтесь, пожалуйста, потом обоим от Шилы влетит! – раздался окрик шофёра, затем он сам подошёл к ним. – Долго ждать ещё?
- Кто знает.. – Ступа вылез, не закрывая дверь, и тоже закурил. – Он иногда по полночи может переговаривать. – Тебя как звать хоть? – завёл он разговор, чтобы сойти с навязанной Шахином темы – казаться сволочью не хотелось, лгать тоже – да и невозможно было придумать оправдание собственной не то, что лени – отети.
- Витя.
- Приятно, Витя. Со знакомством. – Шахин полез обниматься.
- А ты откуда сам? – спросил Ступа ревниво – шофёр был смуглый, что сосновая кора, но вдруг всего лишь загар – Ступе было бы неприятно, окажись тот русским или представителем любого другого не-нерусского народа – такие личности напоминали Ступе кривое зеркало и нарушали гармоничное самовосхищение – вот куда да я попал, поглядите.
- Из Степанавана. – застенчиво улыбнулся парень, неожиданно проступившее на лице глупое выражение сообщило – мне нет и двадцати.
- Это где? – Ступа нутром почувствовал, что брякнул глупость.
- Ах ничего я не вижу и бледное ухо оглохло.. – картинно простонал Шахин, хватаясь за голову, закатывая глаза, ничего, однако, не поясняя.
- Шаха, ты того, лишнего не выпил? Шаха.. – Ступа не успел испугаться, приняв выходку за чистую монету, как Шахин принял свой обычный вид, посмотрел долю секунды перед собой несколько удивлённо, и закатился:
- Аххаха, ну да, деревня, позы-мозы.. Ты из Бурятии и маму с 2002-го года не видел, братка?
Его ладонь легла на Ступино плечо издевательски, но по-доброму.
- Ну не видел. – пробормотал тот в ответ, думая, что Шаха порядочный – матный эпитет – и у них бы в Бурятии любой мало-мальски бодрый пенсионер сказал бы, что его надо – матный глагол и был бы прав. – Привычку в мыслях вставлять вместно собственно матных слов их определения он перенял от Настоящего Бори, который пару месяцев назад задумчиво произнёс, почёсывая затылок: