– Я смотрю, голландцы не дураки.
– Разумеется. А мы захватили весь мир, включая твою Бразилию.
Они поднялись на хоры, окружавшие центральный неф. Все та же несовершенная акустика позволяла им говорить, не напрягая голос – оглушительная музыка внизу не мешала. Однако ни Пауло, ни Карле говорить не хотелось: облокотившись о деревянную баллюстраду, они разглядывали танцующих. Девушка предложила спуститься и примкнуть к ним, но Пауло сказал, что умеет танцевать исключительно под «Харе Рама! Харе Кришна!». Оба засмеялись, закурили одну на двоих сигарету, а потом Карла кому-то помахала: сквозь дым Пауло разглядел еще одну девушку.
– Вильма, – представилась та.
– Мы отправляемся в Непал, – сказала Карла, и Пауло рассмеялся этой шутке.
Вильма растерялась от неожиданности, но никак не выдала свои чувства. Карла, извинившись перед Пауло, заговорила с подругой по-голландски, а он продолжал разглядывать танцующих внизу.
Непал? Значит, девушка, которую он только что повстречал и которая, судя по всему, с удовольствием общалась с ним, скоро уезжает? Причем она сказала «мы» – так, словно у нее уже были спутники для этого приключения. И наверняка эта поездка на край света обойдется в огромную сумму.
Ему ужасно нравилось здесь, в Амстердаме, но причина этого была ему ясна – он был не один. Ему ни с кем не надо было заводить разговоры или знакомства, ибо он сразу же нашел себе компанию и с удовольствием бродил по всему городу. Сказать, что он влюбился в нее, было бы преувеличением, но Карла обладала именно тем типом темперамента, который так привлекал его: эта девушка твердо знала, чего хочет.
Но отправляться в Непал? Да еще с девушкой, которую невольно придется оберегать и защищать, ибо именно так воспитали его родители. Но это – за пределами его финансовых возможностей. Он знал, что рано или поздно покинет это волшебное место, а ближайшей его целью станет – если, конечно, пограничники разрешат – Пикадилли и те люди, что стекаются туда со всего света.
Карла продолжала разговор с подругой, а он делал вид, будто внимательно слушает музыку – Саймон и Гарфанкель, Джеймс Тейлор, Сантана, Карли Саймон, Джо Кокер, Би-Би Кинг, «Криданс Клиаруотер Ревайвл»: огромный перечень, увеличивающийся не по дням, а по часам. Конечно, была еще та бразильская пара, с которой он познакомился днем, они наверняка могут свести его с другими людьми, но разве можно допустить, чтобы она ушла, едва успев войти в его жизнь?
Он услышал знакомые аккорды «Энималс» и вспомнил, как просил Карлу отвести его в Дом Восходящего Солнца. Финал композиции звучал пугающе, Пауло знал текст наизусть, но явственно звучащая угроза влекла его и завораживала.
Это было внезапное озарение, объяснила Карла Вильме.
– Хорошо, что ты сумела сдержаться. Могла бы все испортить.
– Ты насчет Непала?
– Да. Потому что когда-нибудь я стану старой и толстой, у меня будет ревнивый муж и дети, которые не дадут мне заниматься самой собой, и работа в конторе, где каждый день я буду делать одно и то же, и в конце концов привыкну ко всей этой рутине, к комфорту, к дому, где буду жить. Я всегда могу вернуться в Роттердам. Всегда смогу наслаждаться чудесами пособия по безработице или еще какими-нибудь социальными благами, на которые щедры наши политики. Всегда смогу стать президентом компании «Шелл» или «Филипс» или «Юнайтед Фрут», потому что я – голландка, а в этих корпорациях доверяют лишь своим соотечественникам. Но в Непал надо ехать сейчас. Или – или никогда. Потому что я уже старею.
– Это в 23 года?
– Годы летят стремительней, чем тебе кажется. И тебе, Вильма, я тоже советую поторопиться. Рискни сейчас, пока есть здоровье и отвага. Мы ведь с тобой обе считаем, что Амстердам – пошлое место, но считаем так, потому что привыкли. Сегодня, когда я увидела, как горят глаза у этого бразильца, неожиданно поняла, что я сама – пошлячка. Разучилась замечать и ценить красоту свободы, потому что привыкла к ней.
Она покосилась на Пауло, с закрытыми глазами слушавшего «Стэнд бай ми», и продолжала:
– И тогда я поняла, что должна заново открыть красоту – и этого будет достаточно. Понять, что я еще очень многого не видела, не испытала и не попробовала. Куда повлечется мое сердце, если я не знаю еще стольких дорог? Где будет моя следующая остановка, если я пока не трогалась с места? На какие кручи взберусь, если не вижу веревки, чтобы за нее ухватиться? Именно за этим я приехала из Роттердама в Амстердам, я пыталась звать за собой мужчин, чтобы они прошли со мной по несуществующим путям, взошли бы на борт корабля, никогда не пристающего к берегу, поднялись бы в бескрайние небеса – но от всех получала отказ: всех пугала я сама или неведомая цель в конце пути. Но вот сегодня я повстречала этого бразильца, который шел по улице, приплясывая и распевая «Харе Кришна». Я и сама бы пошла с ним рядом, но слишком уж хочу казаться сильной женщиной – это меня и остановило. А теперь я больше не сомневаюсь. Вильма все еще не могла взять в толк, при чем тут Непал, и как он Карле поможет.