Наконец бывший школьный автобус, ныне превратившийся – хотя бы по названию – в нечто романтическое, тронулся и начал тысячекилометровое путешествие на край света.
– Послушав нашего водителя, я стал думать, что отправляюсь не на поиски приключений, а отбывать обязательную воинскую повинность, – сказал Пауло, припомнив обет, который дал, когда на автобусе проехал через Анды, и о том, как часто этот обет нарушал.
Его реплика взбесила Карлу, но нельзя же было через пять минут ссориться или искать себе другое место. Она просто вытащила из сумки книгу и погрузилась в чтение.
– А ты-то рада, что едешь, куда так хотела попасть? Похоже, этот хмырь из агентства нам наврал – смотри, сколько свободных мест.
– Ничего он не наврал! Шофер же сказал, что по дороге будут подсаживаться. И я, к твоему сведению, не просто еду куда-то – я возвращаюсь!
Пауло не очень понял ее ответ, а Карла не стала объяснять, и он решил оставить ее в покое, сосредоточившись на бескрайней равнине вокруг, во всех направлениях перерезанной каналами.
Почему Бог сотворил мир, а голландцы – Голландию? Разве мало на Земле мест, которые жаждут стать обитаемыми?
Часа через два они подружились или, по крайней мере, перезнакомились со всеми – потому что несколько улыбчивых и симпатичных австралийцев к дружеским беседам оказались не склонны. Карла делала вид, будто читает книгу, название которой уже забыла, но думала она наверняка только о конечной точке их путешествия, о Гималаях, до которых оставалось проехать еще тысячи километров. Пауло по себе знал ту болезненную тревогу, возникающую от таких мыслей, но молчал – покуда Карла не срывала свое дурное настроение на нем, его все устраивало. А начнет срывать – он пересядет. Позади сидели французы – отец с дочерью, нервной и восторженной. Через проход – чета ирландцев: парень с ходу представился и немедленно сообщил, что уже однажды совершил подобное путешествие, и теперь везет туда возлюбленную, потому что в Катманду, – если, конечно, мы сумеем туда доехать, – следует остаться года на два, самое малое. Сам он вернулся из-за работы, но теперь все бросил, выручил хорошие деньги за свою коллекцию миниатюрных машинок (выходит, на игрушечных автомобильчиках можно заработать?), освободил квартиру, принудил свою подружку ехать с ним и теперь улыбался от уха до уха.
Карла, услышав про «остаться года на два», перестала притворяться, что читает, и спросила, что там такого особенного.
Райан – так звали ирландца – объяснил, что в Непале теряешь представление о времени, чувствуешь, будто вошел в параллельную реальность, где возможно все. Мирта, его спутница, не особенно приветливая, но и не очень угрюмая, совершенно явно не считала, что Непал – это место, где они должны провести несколько ближайших лет.
Но любовь, судя по всему, пересиливала.
– Что значит «параллельная реальность»?
– Такое состояние души и тела, когда ты чувствуешь, что счастлив и сердце твое полно любовью. Внезапно все, из чего складывается твое повседневное бытие, обретает иной смысл: цвета становятся ярче, то, что прежде доставляло неудобства или огорчения – холод, дождь, одиночество, учение, работа – кажется новым. Ибо в какую-то долю секунды ты входишь в самое средоточие Вселенной и наслаждаешься нектаром богов.
Ирландец был доволен, что сумел изъяснить словами то, что ему когда-то удалось лишь прочувствовать. Мирте как будто не очень нравилась его беседа с красивой голландкой, и она тоже входила в параллельную реальность – но только совсем другую, ту, в которой все с каждой минутой становится все более уродливым и гнетуще-тяжким.
– Есть у этого иная сторона, и тогда мелкие детали нашего заурядного и привычного существования перерастают в огромные, но на самом деле несуществующие проблемы, – продолжал Райан, словно угадав, в каком состоянии духа находится его подруга. – Параллельная реальность – не одна, их множество. Мы сидим в этом автобусе, потому таков был наш выбор. Впереди у нас тысячи километров пути и мы вправе выбирать, как двигаться – в поисках ли мечты, прежде казавшейся несбыточной, или в сетованиях на неудобные кресла и докучных попутчиков. Как мы представим это сейчас, так и будет до конца нашей поездки.